"МК Эстония" Невероятное стечение обстоятельств привело троих наших соотечественников в Ирак, точнее — в Курдистан, а еще точнее — в город Сулеймания. Целый месяц в Университете Сулеймании они проводили для студентов и других заинтересованных лиц курсы по проектированию веб-приложений, программированию на языке Java и работе с базами данных Oracle. За последнюю тему отвечал Александр Максименков, который и рассказал "МК-Эстонии" об этой уникальной поездке и своих впечатлениях.
- Что тебе сказала семья, когда узнала, что ты на месяц отправляешься бог знает куда?
- Жена, конечно же, перепугалась поначалу, поскольку ключевым словом было "Ирак". Но потом она почитала в интернете про Курдистан, какой он безопасный и успокоилась. Мы каждый день перезванивались в "Скайпе", так что постоянно были на связи.
Жара и тормознутый интернет
- Что это вообще был за проект? Как ты и твои коллеги там оказались?
- Предыстория этого проекта довольно интересна. В нашей небольшой, но весьма продвинутой в плане электронных услуг публичного сектора, стране есть промоутерская фирма, которая колесит по миру и активно занимается продвижением решений для этих услуг: например, таких как X-Tee. На одной из встреч в Баку, один крупный бизнесмен, имеющий интересы в Курдистане и активно спонсирующий университет и школы, обратился к нашим промоутерам: а нельзя ли организовать курсы для Сулейманского университета? Наши парни отказываться не стали, по приезду домой вышли на нас и через две недели я с двумя коллегами уже спешил на самолет.
Как оказалось, попасть в Курдистан на удивление просто. Из одной только Швеции в Сулейманию и Эрбиль, столицу Курдистанского региона, летают и из Стокгольма, и из Мальме, и из Гетеборга. А еще из Лондона, Вены, Дюссельдорфа, Бейрута, Аммана, Амстердама и Осло. Рейс, которым мы летели, был загружен довольно плотно. В Швеции много курдов, они летают на родину навестить родственников и рассказать о своей западной жизни. Рядовому курду, как и любому другому гражданину Ирака, выехать за границу довольно сложно. Многие западные страны до сих пор с большим пристрастием относятся к Ираку и выдают свои визы очень и очень неохотно. Без проблем для них выехать лишь в Турцию, Ливан и Иорданию.
- Чем конкретно пришлось заниматься на месте?
- График был весьма напряженный: лекции с практикумами с 9.00 до 14.00, а по вечерам подготовка к следующему дню. И так пять дней в неделю — с воскресенья по четверг. Поскольку край этот более или менее мусульманский, то и уикенд сместился на пятницу-субботу. В четырехнедельный период мне пришлось вместить целых три самостоятельных темы. Обучение проводилось на английском языке в учебных классах Компьютерного Центра и Компьютерного Департамента университета. Принимал нас основной заказчик курсов, доктор Низар Али, директор Компьютерного Центра.
В Сулеймании целых четыре университета. Наш — University of Sulaimaniah — самый большой, порядка 15 000 студентов. Представлены всевозможные факультеты: от ветеринарного, до инженерного. Университетский кампус занимает целый квартал, въезды в который охраняются университетской службой охраны с автоматами. Некоторые колледжи расположены поблизости, но вне кампуса. Во времена Саддама, как говорят, возможности получать высшее образование у курдов не было, лишь после ирано-иракской и первой войны в Заливе университет возобновил работу.
- С какими сложностями пришлось столкнуться?
- Каких-то особенных трудностей не возникло. Конечно же, уровень владения английским языком у студентов был очень разным, пришлось следить за скоростью своей речи. Уровень подготовки по специальности тоже был различен. Но самое главное, что у всех был неподдельный интерес к теме и желание повысить свой уровень. Наиболее раздражающим фактором был большой напольный шкаф-кондиционер, который имел особенность заново не включаться после очередной обесточки, а они случались довольно часто. Без кондиционера класс превращался в сауну минут за десять.
Интернет в университете, как и во всем городе, оказался слабенький. Причина в том, что в Ираке отсутствует интернет по стекловолоконному кабелю. Как говорят местные: соседи — Турция и Иран — препятствуют прокладке стекловолоконного кабеля в Курдистан. Поэтому интернет спутниковый, провайдер находится Калифорнии. За $55.00 в месяц домой можно получить аж 50 кбит/с. В конце первой недели нашего пребывания тормознутый гостиничный интернет нас окончательно доконал, и мы выпросили у Компьютерного Центра университета оборудование для радиолинка. Wifi-роутер у нас был с собой, что позволило обеспечить себя приличным для Сулеймании интернетом, но не избавило от основной местной беды — постоянных обесточек.
Весь август было очень жарко — постоянно +40…+42 в тени. После заката становилось прохладней, градусов 29-30. По счастью, везде были кондиционеры, а при нечастых пеших прогулках жара переносилась вполне сносно, особенно когда с собой всегда бутылка воды. Быт наш, благодаря принимающей стороне, был организован на хорошем уровне, с гостиницей и питанием проблем не было, передвигались на прикрепленном к нам джипе с шофером.
Почти независимый приветливый народ
- Каковы общие впечатления от страны?
- Говоря о Курдистане, надо различать два понятия: Курдистанский автономный регион в составе Ирака, со своим парламентом, правительством, вооруженными силами и (де-юре) автономией, а де-факто — полунезависимостью конфедеративного типа. Это малый Курдистан. А есть еще и большой Курдистан, охватывающий часть Турции, Сирии, Ирана, Армении и даже часть Ирака, не входящую в автономию. Курдов в мире насчитывается около 40 миллионов. Говорят они на двух основных диалектах курдского языка (сорани и курманджи). В настоящее время письменный курдский существует на основе арабского, но в ближайшей перспективе планируется полностью перейти на латиницу по типу турецкого языка.
Автономию де-факто Курдистан завоевал в 1991, после первой войны в Заливе, когда Пешмерга, курдское ополчение, в революционном порыве вытеснило силы Саддама Хуссейна из Курдистана. К радости победы позднее добавились слезы голода, поскольку денег брать было неоткуда. Благополучие пришло в Курдистан после второй войны в Заливе. Ныне автономный Курдистан получает 17,5% от продажи иракской нефти и обладает всеми институтами члена федерации. Отношение к полной и фактической независимости у местных двойственное. С одной стороны, это мечта и чаяние народа, с другой стороны, местные вожди рационально склоняются к де-юре конфедерации, поскольку денег пока никто не отменял, а 17,5% — это большие деньги в бюджет. Впрочем, в Курдистане находятся огромные разведанные, но не разработанные запасы нефти, на которые разевают рот многие транснациональные компании. Говорят, что в стратегии проекта газопровода "Набукко" Курдистану тоже отведено место.
Парадокс: при огромных запасах нефти, бензин в Курдистане, как и в остальном Ираке, привозной. Постоянные войны разрушили и без того немногочисленные НПЗ. Правда, по автомобильному парку не скажешь, что бензин чуть дешевле нашего. Львиную долю машин составляют мощные внедорожники и пикапы.
Сулеймания активно строится, цементный завод работает на полную мощность. Повсюду возводятся разнообразные здания из стекла и бетона самых причудливых проектов. Хорошо развита мобильная связь. У большинства мною встреченных курдов были самые новые топ-модели мобильников самых разных брендов. Похоже, что в ближайшем будущем Курдистан ждет экономический бум.
- А какие там живут люди?
- Курды — очень доброжелательный, приветливый и гостеприимный народ. С радостью откликаются на приветственные жесты и возгласы. Кстати, "спасибо" по-курдски — "спас". Самое распространенное слово — "баш", это значит "хорошо". В телефонных разговорах на "баш" приходится процентов 80 словесного потока. "Беини баш" — доброе утро, "до свидания" чуть сложнее, что-то типа "хуа хафиз". Но абсолютно любимая мной фраза — "Кака чони!", что в переводе значит "как дела, господин?". Это нормальное обращение к незнакомому мужчине.
Интеллигенция всячески подчеркивает, что они не арабы, а если и мусульмане (сунниты), то без фанатизма. Среди университетской профессуры практически нет тех, кто исполняет исламские обряды. У многих отношение к религии как к культурному наследию, а не как к вере.
Народ на улицах одет весьма разнообразно. Многие мужчины носят национальную одежду: или только огромные объемные шаровары с рубашкой, или костюмную пару из таких же шаровар и тужурки. Остальные одеты весьма стандартно, по-европейски — темные брюки, темные туфли и рубашка. Встречаются джентльмены в костюмах и при галстуке. Молодежь вполне "дольчегаббанистая" и "арманистая". Шортов и футболок на взрослых не встретишь. Говорят, что женатому мужчине не положено ходить в футболке. Дамы делятся на тех, кто носит платок, хиджаб, и одежду, закрывающую руки и ноги, и на тех, к которым привыкли мы — в европейской одежде и с непокрытой головой. В черных хламидах встречались только пожилые курдки. Никаких никабов и бурок (паранджи) и в помине нет. Впрочем, юбок носят довольно мало, а если и носят, то ниже колена, мини нет вообще, видимо, реверанс в сторону ислама.
Про Эстонию там знают мало
- Не страшно было ехать туда? Ирак все-таки…
- Безопасности в Сулеймании и в Курдистане в целом придается большое значение. Все важные объекты инфраструктуры охраняются. Все въезды-выезды перекрыты блокпостами, где машины, пассажиры и грузы тщательно досматриваются. Охраняются и штаб-квартиры политических партий. У Курдистана есть свои вооруженные силы и служба безопасности. Вообще на улицах вооруженных автоматами людей в форме довольно много. Но к этому быстро привыкаешь и не обращаешь внимания. Именно благодаря принимаемым мерам Курдистан слывет самым безопасным районом Ирака. Здесь не взрываются бомбы и не стреляют в людей. Мы без опаски гуляли поздно вечером. Здесь нет уличной преступности, нет наркомании и пьянства, при этом алкогольные напитки — от пива до крепких — продаются в магазинах даже в священный месяц Рамадан.
- А что тамошние жители знают про Эстонию?
- Практически ничего, даже неудобно рассказывать (смеется). Со мной были два эстонца. Они начинали объяснять месторасположение Эстонии так: это рядом со Скандинавией и к югу от Финляндии… Потом вмешивался я и добавлял, что к западу от России. Тогда как-то начинали соображать. Точно знал про Эстонию только представитель компании, которая нас опекала. Он турецкий курд, а про Эстонию знал потому, что Турция должна была играть с Эстонией в футбол. Конечно же, некоторые образованные доктора наук и студенты знали и про Эстонию, и про Прибалтику, но таких единицы.
- Про эстонских миротворцев в Ираке речи не заходило?
- Не было таких разговоров. В Курдистане не очень любят поминать Багдад. И мы не упоминали о своих миротворцах.
- Если еще раз позовут в те края, поедешь?
- Курдистан мне очень понравился. И если будет возможность, то обязательно там побываю.
CV: Александр Максименков
Родился 30 сентября 1962 года в Таллинне. Окончил 26-ю школу (ныне Таллиннская гуманитарная гимназия) и ТПИ (ныне ТТУ). После окончания ТПИ долго там же работал, занимался наукой. Позже работал в крупном эстонском банке, был директором филиала американской фирмы, ныне консультант в сфере ИТ. Живет в Палдиски.
Переводчик