США без труда выиграли военную фазу войны в Ираке. Более того, они ее выиграли даже раньше времени, поскольку не смогли нанести сколько-либо существенный урон, сторонникам Саддама Хусейна, почти не сократив их числа. Представьте себе, какова была бы оккупация Германии союзниками, если бы та, не была бы полностью обескровлена потерями нескольких миллионов человек, а потеряла бы перед оккупацией 200-300 тысяч человек. Как можно было бы рассчитывать сменить немецкую модель поведения без ужасного кровопускания на фронтах и тотального разрушения Германии ковровыми бомбардировками, которым ее подвергли в первую очередь западные страны?

Ирак пал побежденный, униженный, но не уничтоженный, а всего лишь временно ослабленный. Ликвидация саддамовской верхушки – благотворное кровопускание, усилившее национальный организм. Конечно, были потери среди мирного населения. Это, безусловно, трагедия. Но самыми болезненными стали не они, а потери от межконфессиональных разборок, происходившим уже вопреки присутствию американских сил в Ираке. Естественно, что на такой Ирак у американцев не хватило сил, они не смогли навязать Ираку, поскольку он остался полнокровным организмом, новые, западные, а следовательно, чуждые стране и ее народу, модели поведения. Цели войны (кроме ликвидации непосредственного правления Саддама Хусейна) не достигнуты.

В геополитическом плане вторжения США в Ирак имело значительные последствия, но вряд ли те, что стремились достичь американцы. Оно приблизило уход США с Ближнего Востока как некоторой военной силы, которая хозяйничала здесь с конца 1980-х годов. Другим и, безусловно, глобальным результатом вторжения стала ликвидация суннитского доминирования в Ираке, которая неизбежно приведет к изменению ситуации не только в Ираке, но и к полной перекомпоновке всего геополитического пространства Ближнего Востока. Грядущие изменения на Ближнем Востоке оказались тем фактором, который во многом и, скорее всего, окончательно купировал европейский тренд Турции, заставив ее развернуться к Ближнему Востоку. Это было почти бесполезно для Турции, пока она упиралась в, казалось бы, монолитную арабскую стену на своих южных границах. Сейчас Турция, как никогда, вновь ощутила свои ближневосточные перспективы, в том числе и по замещению там атлантических стран. Ближний Восток вновь обретает черты региональной системы, а не арабского монолита, каким он казался еще недавно.
США фактически подорвали арабское присутствие на территориях к востоку от Тигра и вдоль южной турецкой границы, проходящей по поясу курдских земель. Курдское наступление с цель вернуть себе Киркук только часть новой ситуации, поскольку сунниты в целом вынуждены откатываться на запад от Тигра, а их территории превращаются в острова, окруженные курдами и шиитами, особенно последними, активно восстанавливающими свои этнополитические позиции в западу от Евфрата.

Не осознав до конца свои геополитические потери в результате иракской войны, США сейчас иннерционно давят на Иран, используя как предлог ядерную программу Тегерана. Какую бы конечную цель не преследовали своей программой иранцы, американцы не могут на это повлиять, хотя они и могут повторить свою «иракскую программу», начиная от санкций и кончая воздушно-ракетными ударами, но это не даст ничего, кроме того, что ускорит окончательный уход США из Ближневосточного региона, правда, на этот раз вместе с Израилем. Цель этого давления иррациональна, она, скорее, коренится в национальной обиде американцев, чем в их национальных интересах, поскольку даже ядерный Иран не является угрозой самим США, а именно скорейший уход США с Ближнего Востока мог бы ускорить нахождение внутрирегионального баланса на принципах, свойственных этому региону, и на доядерном уровне, в то время, как американский напор, не остановивший даже Северную Корею, обязательно приведет к тому, что Иран обзаведется ядерным оружием. Американцам стоило бы понять, чего они могут добиться, занимаясь эскалацией давления. Тема, хорошо знакомая им со времен войны во Вьетнаме, но, видимо, каждая администрация должна набить свои шишки. Американцы оправились от вьетнамского синдрома, даже потери почти четырех с половиной тысяч солдат не перевернули Америку, чего ждали многие, отсчитывая первые сотни и тысячи американских потерь в Ираке, но это не дает ничего, кроме того, что порог эскалации войны, который был на уровне взвода в Сомали, сейчас достигает нескольких сот тысяч человек. Но и это не силы, чтобы сломать Иран.

Больше всего в этой ситуации может потерять от этого Россия. Соединенные Штаты делают сейчас все, чтобы повторить свой трюк, который они использовали, чтобы рассорить СССР и Японию. Россия все глубже втягивается в американскую казуистику переговоров по ядерной программе Ирана, которая ни ей, ни США, да остальному миру не опасна. Поддержка американского ядерного ригоризма, позиция, которая противоречит российским интересам. США близки к тому, чтобы рассорить нас с Ираном, как они заблокировали на полстолетия и больше наши отношения с Японией, крайне важные для сохранения нами всего Дальнего Востока. А без дружественного, самостоятельного и сильного Ирана нам не сохранить Среднюю Азию от враждебных нам влияний.
При этом очевидно, что США занимают конкурентную, вызывающую позицию по отношению к нашим интересам по всему периметру российских границ, от Польши до Средней Азии, а мы сами потакаем им, обеспечивая пути снабжения собственного геополитического противника, который в ответ оказывает на нас постоянное военно-политическое давление (грузинско-абхазский конфликт с последующей демонстрацией враждебных флотов в Черном море), чтобы подтолкнуть нас к еще большей сговорчивости.

Когда-то мы опасались, что США получат афганский плацдарм настолько, что сами пошли на афганскую авантюру. Сегодня ясно, что США и их союзники находятся в Афганистане, только благодаря нашей странной позиции. Американская заноза выйдет из Афганистана, если мы перестанем вредить сами себе, подыгрывая своему геополитическому противнику в зоне своих национальных интересов. Не в интересах России столкновение США с Ираном, именно потому что серьезно может пострадать Иран. Но и не в интересах России поддерживать усиление американского давления на Иран, создавая у того впечатление, что мы на враждебной ему стороне. Возможно, что мы, пытаемся повлиять на Иран, по-своему рассчитывая предотвратить возможные американские военные акции в отношении его, но важно не переусердствовать, чтобы не разругаться с Ираном ради чужого дяди, которому вольно нас использовать в своей игре. Мы достаточно потаскали из огня каштаны для США и Великобритании в ходе и после второй мировой войны (поставив на ноги всю Восточную Европу, чтобы передать ее с хорошим приданным атлантическому дяде Сэму, за что он нас благодарит, размещая свои ракеты на российских границах). Стоит задуматься о своих собственных интересах, а они у нас на юге во многом совпадают с иранскими, хотя бы в том, чтобы США и их флоты ограничили свой радиус действия водами, прилегающими в Американскому континенту, а американские ракеты не оказались в Центральной Азии. Залог этого не наша оппортунистическая позиция, такова она, хотя бы потому что мы вынуждены обороняться по всем азимутам, а сильный и несговорчивый, а, возможно, и ядерный Иран. И он будет таким, имея в лице России дружественный или, по крайней мере, не враждебный тыл. Именно Иран сейчас решает за нас важные геополитические задачи, беря на себя многое из того, на что пока не может (и, видимо, еще долго не сможет) решиться Россия.

США должны осознать, что конфликт в Иране даст им еще меньше, чем их необдуманное вторжение в Ирак. И Россия не должна мешать США осознать свое стратегическое одиночество на иранском направлении, по ошибке, ставшей почти пороком с началом перестройки, сильно заступая за черту своих национальных интересов.

еще в рубрике