Kurdistan.Ru, Азат Бшеири
Итак, международный суд в Гааге принял решение, признающее законность провозглашения независимости Косово. В теории это кладет предел софистической дилемме "нерушимость границ - право на самоопределение", окончательно признавая, что самоопределение является неотъемлемым правом народа, и если народ - высший носитель и источник всякой власти - пожелал самоопределиться, в мире не может существовать такой силы, которая бы была вправе ему это запретить.
Решение гаагского суда, разумеется, тотчас вызвало множество комментариев, и дежурные попытки заявить, что оно-де не носит прецедентного характера, что Косово - особый случай, никого не убеждают. Утверждают, что открыт "ящик Пандоры", ожидают всемирный "парад суверенитетов", и в этой связи, разумеется, прежде всего вспоминают о курдах.
Однако Гете не зря сказал, что теория суха, а древо жизни пышно зеленеет. Вопрос о независимости Курдистана не так прост и прямолинеен, как может показаться на первый взгляд. Те, кто когда-либо имел де-факто возможность объявить независимость - те ее давно объявили, начиная от США и кончая Нагорным Карабахом. Однако самого по себе желания недостаточно. Нужна еще сильная внешняя поддержка: так, США в свое время поддержала Франция, НКР - Армения, Приднестровье, Абхазию, Южную Осетию - Россия, и наконец Косово - США и другие страны НАТО. Курды никогда не имели за спиной державы, заинтересованной в их независимости, и это, между прочим, заставило еще Мустафу Барзани отказаться от провозглашения Независимости созданного им "Свободного Курдистана", хотя он на протяжении полутора десятилетий безраздельно контролировал территорию размером с Ливан и с населением более чем в миллион человек. В настоящее время курды Ирака также имеют все атрибуты полноценного государства, и можно сказать, что КАР гораздо больше похоже на полноценное государство, чем целый ряд формально суверенных, но фактически несостоявшихся государств-членов ООН, начиная Сомали и кончая Ираком.
Тем не менее, курды, устами президента Барзани публично декларируя свое право на независимость, не спешат им воспользоваться. Почему? Очевидно, к этому не располагает фактическая обстановка. Нередко подчеркивается, что курды лишены выхода к морю, и провозгласив независимость, они окажутся в окружении резко враждебных стран, к которым прибавится и арабский Ирак. Это не значит, что со стороны соседей возможна военная операция против курдов - при том, что из предполагаемых соседей Ирак недееспособен, Сирия и Иран сами находятся под угрозой международного удара, а Турция вынуждена ориентироваться на мнение Запада, и при том, хотя и обладает очень сильной армией, однако со всей этой армией не может справиться даже с несколькими тысячами боевиками РПК - что же говорить о минимум 200 тысячах профессиональных курдских солдат, которых она получит против себя в случае вторжения в Иракский Курдистан! Гораздо серьезнее угроза экономической блокады. Эта угроза не смертельна: дело в том, что такая блокада заденет множество интересов не только в самом КАР, но и в соседних, а также в европейских странах - КАР достаточно тесно связан с экономикой Восточной Турции и Западного Ирана, уже ни говоря о том, что он превращается в нефтяной регион. Наконец, попытка санкций со стороны Арабского Ирака, в свою очередь, отрезала бы Арабский Ирак от Турции, а через нее и Европы. И тем не менее, такое решение нанесло бы страшный удар по экономике и жизненному уровню Курдистана, резко прервав его многообещающее развитие. С другой стороны, пока что не видно серьезного международного игрока, которому была бы выгодна курдская независимость, и даже такие дружественные курдам страны, как Франция и США, не готовы ее поддержать. Пожалуй, единственная страна, которая могла бы немедленно признать Курдистан - Израиль. Но Израиль не имеет с курдами общей границы и сам нуждается в поддержке западного мира. Так что курдское руководство достаточно ответственно, чтобы не пускаться в столь опасные эксперименты. Однако вероятность того, что независимость будет провозглашена в обозримом будущем, достаточно высока. По сути, все будет зависеть от развития внутренней ситуации в Ираке и на всем Ближнем Востоке особенно же в Турции.
Очевидно, что теоретически можно предположить только три варианта развития ситуации в Ираке:
1) Ослабление укрепившейся было власти и новое скольжение в хаос.
2) Усиление центральной власти, с приобретением ею авторитарных черт.
3) Установление отрегулированной системы, поддерживающей равновесие между группами и общинами, в рамках "демократического, плюралистического, федерального Ирака".
Курды не скрывают, что при вариантах 1) и 2) они не собираются оставаться в границах Ирака. Вариант 1 для курдов наиболее предпочтителен, так как обеспечивает им мощную международную поддержку, и не только со стороны США и европейских стран, но по-видимому и со стороны Турции, которая в страхе перед иракским хаосом будет ставить на предсказуемых и лояльных ей южных курдов. Вариант 2, в зародыше, проглядывал в политике Нури аль-Малики, который впрочем оказался слишком слаб, чтобы установить реальную диктатуру в Арабском Ираке и успешно вести наступление на курдские права. Однако поползновения такого рода он проявлял постоянно, в том числе отказом признания ряда конституционных прав курдов, которые вдруг превратились из конституционных прав в "предмет спора", и посылкой войск в спорные территории. Нет никакой гарантии, что новое правительство (кто бы ни стоял во главе его) попытается идти тем же путем, пользуясь при этом финансовой зависимостью курдов от поступлений из Багдада. Развитие этих тенденций, осложненное территориальным спором, может привести к возникновению полномасштабного курдско-арабского конфликта, и в таком случае провозглашение независимости было бы скорее актом отчаяния. Наконец, последний вариант - демократического, федеративного и плюралистического Ирака - представляет собой идеал, при котором права и интересы курдов были бы прочно защищены в рамках Ирака. Однако можно не сомневаться, что этот вариант был бы лишь переходным этапом к рано или поздно последовавшему "цивилизованному разводу" по чехословацкому образцу. До сих же пор, однако, мы не можем указать, чтобы верх взяла какая-либо из отмеченных тенденций. В Ираке при сохраняющемся хаосе и терроре царствует крайне неустойчивое, но все-таки относительное равновесие между общинами, авторитарными поползновениями правительства соседствуют относительно работающими (очень относительно, как и все в этом государстве) демократическими институтами, а попытки слабого правительства урезать курдские права пока что не привели ни к чему реальному, кроме длительных нудных споров. Курдам остается только лавировать в такой ситуации, извлекая из нее максимум выгоды, минимизируя ее отрицательные результаты и постепенно укрепляя свое экономическое положение - материальную базу будущей независимости. Кроме того курды проводят очень активную международную деятельность, стараясь обратить внимание международного сообщества на свои проблемы и вовлечь их в их решение. Внимательные наблюдатели обратили внимание на заявление американского командующего в Ираке о целесообразности размещения сил ООН в спорных районах между курдами и арабами. Примерно в это же время лидер умеренного крыла РПК Мурат Карайылан выступил с заявлением о готовности РПК сложить оружие под контролем того же ООН.. Тем самим курды очень правильно пытаются перевести курдский вопрос на уровень крупной международной проблемы и видимо у них появились очень грамотные советники. Решающее значение для курдов в настоящее время имеет развитие ситуации в Турции. Ближайшие несколько лет могут коренным образом изменить положение курдов в этой стране, что решающим образом повлияет на решение курдского вопроса в регионе. Что касается вердикта Гаагского суда по декларации независимости Косово – это безусловно шаг в пользу курдского стремления к независимости.