Вадим Макаренко, Kurdistan.ru
1 октября шитский блок принял решение по кандидатуре на пост премьер-министра. Им вновь стал Нури эль-Малики. Ему понадобилось долгие шесть месяцев, чтобы добиться поддержки со стороны шиитской коалиции и стать кандидатом на пост премьер-министра от своей собственной партии «Правое государство» и от «Иракского национального альянса», двух крупнейших шиитских партий. Сейчас у него 148 постов и ему нужны всего лишь 15 голосов, чтобы получить большинство в парламенте, необходимое для формирования правительства.

Если бы не необходимость избрания президента Ирака, для чего требуется две трети голосов депутатов, ситуация была бы уже необратима и события развивались бы почти автоматически, потому что найти 15 голосов можно разными способами, в том числе и попытавшись расколоть более крупные коалиции, в том числе суннитскую или курдскую. Подобный план действий вполне вероятен, поскольку курды явно будут стоять на своем и предстоят трудные переговоры и торги, поэтому у Малики будет большой соблазн попытаться обойти Эрбиль, заручившись поддержкой маргинальных депутатов, чтобы поставить его перед фактом, что правительство в Багдаде сформировано и функционирует без участия курдов. Однако проблема в том, что Малики не может рассчитывать на все шиитские голоса, поскольку его поддержка со стороны садристов не является гарантированной, поэтому в принципе ему нужна консолидированная поддержка курдов, что сделает правящую коалицию необоримой.
С курдами ему надо договариваться еще и потому, что на пути к формированию правительства предстоит преодолеть еще один рубеж – избрать президента Ирака. Пост президента – это последний консенсусный рубеж на пути Малики к власти. Курды обозначили условия своего участия во властной коалиции, выдвинув программу изменений власти в 19 пунктов. Эти требования, направлены на то, чтобы сохранить нынешнюю конституцию, прежде всего реализовать статью номер 140 конституции, несколько ограничить полномочия премьер-министра и сохранить в Ираке федеративные начала власти.
Что будет делать Нури эль-Малики? Будет ли он в этих условиях договариваться с курдами? Или попробует обойти их? Что Малики может предложить курдам? Задача курдов не в том, чтобы Джалал Талабани занял пост президента Ирака. Курдам не нужен президентский пост, если у президента не будет право вето и сам этот пост превратится в абсолютно номинальный, представительский, какими являются посты президентов в Израиле, Германии или других странах, где все властные полномочия сосредоточены в руках у премьер-министра. В нынешних условиях пост спикера парламента более значим, поскольку позволяет инициировать постановку вопросов в парламенте, а также дает возможность пытаться влиять на расклад сил в парламенте.
Однако прошлый период правления Нури эль-Малики показал, что в его понимании премьер-министр, заняв пост, дальше мало зависит от всех политических институтов, которые превращаются в простое обрамление, украшение властной вертикали, и некоторую синекуру для иракской элиты, чтобы обеспечить ее сотрудничество. В сегодняшнем Ираке, выстроенном на развалинах саддамовского режима, как и при Саддаме, нет ни сдержек, ни противовесов власти первого лица – в данном случае премьер-министра.
Есть опасения, что коалиция с партией Малики, которая проголосует за него как за премьера, лишь по названию будет правящей (так было в прошлый парламенский период), поскольку утверждение премьера будет ее последним самостоятельным решением, а дальше она вновь окажется неспособной влиять на Малики и не сможет ни ограничить его полномочия, ни скорректировать его политику. Будущая политика премьера просматривается и по его поведению в прошедший после мартовских выборов период: хотя Малики сейчас правит страной как «технический» премьер-министр, он пользуется всей полнотой власти в стране и не зависит от других партий еще в большей степени, чем раньше, поскольку фактически прекратил функционирование парламент страны и де факто лишены полномочий члены Президентского Совета. Такая ситуация его вполне устраивает. Сегодня Ирак фактически превратился в авторитарный режим, что решительно отрицает Малики.
Единственное, что пока еще сдерживает власть премьера, - это реальная сила суннитского провинциального и курдского регионального сопротивления. Часто это сопротивление, особенно в арабских районах, выливается в деструктивные акты, курдское сопротивление – конструктивно, поскольку оно оформлено как политическое движение, представлено организованным в национальную автономию регионом страны и базируется на Конституцию Ирака, предусматривающую и демократическое, и федеративное устройство Ирака. Это разные типы сопротивления, но и в курдском мирном противодействии централизаторским усилиям Багдада опора на силу крайне важна, без пешмерга Курдистану не быть автономным, не говоря уже об независимости.
безусловно, нельзя недооценивать сочетание факторов, которые влияют на судьбу Курдистана. В регионе есть нефть и газ, вода и людские ресурсы, а парадокс состоит в том, что Багдад пытается вывести все эти активы из под управления Эрбиля, чтобы снизить его потенциал самостоятельности. Малики делал это в предыдущий период, почему он откажется от этой политики в предстоящий период пребывания во власти?
Нельзя надеяться на авось. Нужно менять политическую систему, приводя ее в соответствие с Конституцией Ирака, а не в том направлении, в котором ее стали менять в 2008-2009 годах, выстраивая вертикаль власти по модели унитарного государства. Нужно усиливать федеративные начала, а также ограничить роль премьер-министра, нарастив властные полномочия провинциальных и региональных территорий. В этом плане 19 пунктов Курдского альянса направлены на восстановление Конституции 2005 года и на ее претворении в жизнь.
Курдам нужны посты в федеративной власти, но только в том случае, если Ирак станет реальной федерацией. Против национальных интересов курдов участвовать в фактически авторитарной власти, которая стремится заблокировать экономическое и социальное развитие Курдистана и подготовить унитаристский переворот на севере Ирака, а также будет де факто продолжать проведение политики арабизации курдских территорий, настаивая на необратимости изменений, которые произвел Саддам Хусейн.
Сегодня трудно сказать, договорятся курдские лидеры с руководителями шиитов, а фактически с Малики, но нельзя не рассматривать вероятность того, что, если будут игнорироваться федеративные начала иракской государственности, а голос курдов не будет услышан, то им придет занять жесткую позиции и взять курс на обособление и возможно даже неучастие в центральных органах власти.