Это не совпадение, что премьер-министр Турции Эрдоган недавно обвинил немецкие политические фонды в поддержке Рабочей партии Курдистана (РПК) как политически, так и финансово. Обвинения являются необоснованными и сделаны с определенным умыслом. Их цель заключается в изоляции гражданской курдской оппозиции на международном уровне, с тем чтобы подавить любую форму сотрудничества с ним.

Тем не менее, от курдского гражданского общества не следует отказываться, особенно сейчас, когда оно страдает от массового подавления. Просто один из многих примеров: Бушра Эрсанли, которая была арестован 31 октября.

Она представляет курдскую Партию мира и демократии (БДП) в конституционном собрании в турецком парламенте. Г-жа Эрсанли является профессором международных отношений в Стамбульском Университете Мармара, членом исполнительного совета БДП и известной защитницей прав человека и прав женщин.

В ходе обыска в ее квартире, полиция конфисковала ее заметки, в результате чего судья задавал вопросы, как: "В заметках были обнаружены слова "право на самоопределение" и "местное самоопределение",, почему вы пишете это? Что вы имели в виду под "испанским примером" в ваших записках? Почему вы написали "гражданство Турции", а не" турецкое гражданство?" Почему вы были приглашены на шоу Рож-ТВ [симпатизирующий РПК телевизионный канал, вещающий из Дании]? "

Судья выдал ордер на арест Бушры Эрсанли на основании ее членства в Союзе курдских сообществ (КСК). Турецкие власти запретили КСК, как организацию, представляющую РПК.

Наряду с г-жой Эрсанли, был арестован всемирно известный Рагип Зараколу, который был на самом деле на тот день приглашен на ужин с министром культуры. В общей сложности, 42 человек были арестованы в этот понедельник. Трудно указать всех, кто был арестован из-за предполагаемого участия в КСК. Партия БДП знает 3548 лиц, находящихся под стражей - мэров и муниципальных депутатов, журналистов, ученых и активистов неправительственных организаций. Они не были арестованы за насильственные преступления, но за такое преступление, как выражение своего мнения. Таким образом, невозможно называть их иначе, чем политическими заключенными. Их число, вероятно, составляет более 4000 человек. Турецкое антитеррористическое законодательство позволяет содержать задержанных без суда на срок до 10 лет.

Не существует никаких сомнений, что РПК является неконструктивной силой, которая способствует эскалации спирали насилия со своими атаками, нападениями и похищениями. Вопрос, однако, состоит в том, оправдывает ли борьба против них средства, с которой правительство, армия и судебная система применяют против реальных и предполагаемых сторонников, - и не ведет ли фактически эта политика ни к чему, кроме укрепления РПК?

В начале октября я сопровождал директора офиса Фонда Генриха Белля в Турции в путешествии по юго-восточной Анатолии. У нас было достаточно бесед с адвокатами, курдскими политиками и организациями гражданского общества, чтобы получить представление о ситуации.

Всего два года назад казалось, что Эрдоган хотел принять новый подход в отношении курдов:

Курдский язык был разрешен в средствах массовой информации, и начались неформальные переговоры с РПК, с тем чтобы положить конец вооруженному конфликту. Теперь короткая фаза улучшения турецко-курдских отношений, кажется, закончилась. РПК возобновила свою партизанскую войну, и правительство консервативно-исламской Партии справедливости и развития (АКП), вернулось к политике репрессий своих кемалистских предшественников.

Оно не показывает готовности к достижению политического урегулирования конфликта, который вызвал враждебность с обеих сторон. Это особенно верно для двух центральных пунктов приложения усилий курдской автономии: разрешение [курдского] родного языка в обучении и расширенная местной автономии для курдских муниципалитетов и регионов. Тот, кто ставит такие требования будут обвинен в поддержке РПК и арестован. Издатель курдской газеты, например, находится в тюрьме. Арестованы мэры за то, что они печатали двуязычные информационные брошюры о коммунальных услугах.

Тем не менее, 30 лет вооруженного конфликта показали, что курдский вопрос не будет решен военным путем. С нынешней волной арестов, турецкое правительство разрушает ту самую силу, которая сделает возможным мирное решение: гражданское общество, оппозиция, участвующая в политической организации страны.

Включение оппозиции очень важно - особенно в фазе, в которой Турция хочет разработать новую конституцию. Расставание с этнонационалистической концепцией "турецкости", как основы государства, является необходимым. Конституция должна отдать должное этническому, культурному и религиозному многообразию Турции. Учредительный процесс, который не допускает такого обсуждения, не может быть назван демократическим. В реакции на последние аресты, депутаты от БДП заявили, что учредительный процесс в таких условиях не представляется возможным.

Можно только гадать, намерено ли правительство АКП оставить БДП в учредительных комиссиях. Без ее помощи, любой шанс для нового начала был бы потерян.

В Германии, Эрдоган представляет себя в качестве адвоката турецких иммигрантов. В Турции, однако, он отвергает всякое вовлечение в гражданское общество международных организаций, как "вмешательство во внутренние дела." Эта риторика устрашения кажется, эффективна. Иначе почему же правительство Германии не выступает публично против волны арестов в Турции? Нет ничего плохого в том, что канцлер Меркель предложила поддержку турецкому премьер-министру в его борьбе с терроризмом. Это не может означать, однако, что следует молчать перед лицом серьезных нарушений конституционных норм.