Политический кризис, который разразился в Ираке, усилился после того, как вице-президент страны, суннит, категорически отверг обвинения в терроризме, выдвинутые против него, и заявил, что трое его телохранителей дали ложные показания на допросах в контролируемых шиитами органах безопасности. Тарик аль-Хашими заявил, что готов предстать перед судом, но только в полуавтономного региона Курдистана, области, на территорию которой он бежал. Его заявление подняло вопрос о возможности курдов быть втянутыми в политическую борьбу, которая вспыхнула между шиитскими и суннитскими группировками правительства.

Cуннитско-шиитское противостояние в Ираке

The Telegraph: Новый переполох в Ираке: премьер приказал арестовать вице-президента

Небывалые разборки способны привести в ярость многих представителей иракского суннитского меньшинства, которые были у власти во времена Саддама Хусейна, проводившего жестокую кампанию репрессий в отношении шиитского большинства. Сунниты были в авангарде кровавого мятежа и длительной повстанческой борьбы против американских сил после вторжения 2003 года, в результате которого был свергнут Саддам Хусейн. Хашеми и другие умеренные лидеры суннитов внесли значительный вклад в прекращение насилия, но многие представители меньшинства продолжают чувствовать себя глубоко обиженными и раздосадованными возглавляемой шиитами оппозицией, жалуясь на то, что их маргинализируют.

Christian Science Monitor: Может ли Ирак снова сползти в гражданскую войну?

После многомесячной борьбы за посты в кабинете министров, в ходе которой неоднократно нарушались положения иракской конституции, был достигнут компромисс. Малики пообещал справедливо распределить посты, отдав часть их другим фракциям, а также заявил, что важные должности в структурах безопасности будут отданы его оппонентам из других конфессий, дабы снизить уровень недоверия и напряженности. Но прошло уже больше года, а никакого распределения власти нет и в помине. Министерство обороны и мощное Министерство внутренних дел, которому подчиняется полиция, находится исключительно в руках Малики. Виссар написал в воскресенье: «Наверное, самый тревожный момент во всем этом заключается в том, что Малики борется с людьми, готовыми к компромиссам. И Мутлак, и Хашеми порой уступали своим избирателям ради сотрудничества в рамках иракской политической системы. В 2009 году Мутлак предпринял попытку примирения с Малики, а Хашеми был вице-президентом при предыдущем составе парламента вопреки противодействию многих мусульман-суннитов. Когда осенью 2009 года садровское движение "Бахаа аль-Араджи" наклеило на Хашеми ярлык баасиста, против этого движения в парламенте выступили многие исламисты-шииты и курды".

The New York Times: Теперь конец

Самый вероятный сценарий для Ирака - это другая Россия – несовершенная, коррумпированная, нефтяная демократия, которая держится достаточно долго, но фактор изменений - новое поколение, которому понадобилось девять месяцев и 21 год для становления - совершеннолетия в гораздо более открытом, плюралистическом обществе. Сегодняшние иракские лидеры - пережитки старой эры, как и Владимир Путин в России. Они всегда будут отягощены прошлым. Но, как Путин признал - около 21 года спустя после начала пробуждения демократической России, - что новое поколение думает по-другому. Я не знаю, будет ли так в Ираке. Шансы требуют времени, но создание такой возможности было важным шагом, и у меня есть только глубокое уважение к американцам, британцам и иракцам, которые заплатили свою цену за это.

еще в рубрике