Впервые за 4 тысячи лет своего существования курдский народ имеет шанс создать собственное национальное государство
Этот шанс, судя по всему, будет успешно реализован. Сообщается, что инициатива Барзани благосклонно встречена Багдадом и лично — президентом Ирака Джалалом Талабани (он, кстати, тоже курд). После принятия декларации о независимости новые власти закрепят свое решение на всенародном референдуме, итоги которого будут однозначно положительными, после чего обратятся в Генассамблею ООН за международным признанием. Иракские послы во многих странах мира уже начали в этой связи подготовительные работы с властями государств своего пребывания. Задача несложная, ибо ряд стран ЕС и США идею в целом поддерживают. Некоторые сомнения касаются лишь сроков реализации инициативы. Но, как видим, Барзани не спешит, процесс займет немало времени, чтобы все было сделано без сучка, без задоринки.
Пока рано, конечно, подробно анализировать все возможные последствия происходящего. Но некоторые очевидные выводы сделать можно. Во-первых, потерпела полный крах политика Турции, нацеленная на недопущение создания курдской государственности. Анкара уже молчаливо признала это, несколько дней назад организовав встречу главы МИД Ахмеда Давутоглу с Масудом Барзани в Эрбиле — столице Курдистана. О чем они говорили, неизвестно, но легко догадаться — турки страшно боятся, что новое небольшое, однако богатое нефтью государство может стать зародышем будущего “Великого Курдистана”. И эти опасения вполне реальны. На юго-востоке Турции живут от 15 до 20 млн курдов. Многие из них — явные или скрытые сторонники Рабочей партии Курдистана (РПК), выступающей за отделение от Турции. Понятно, что Анкара просит Эрбиль не поддерживать “сепаратистов-террористов”, и Барзани, который также весьма опасается политической конкуренции РКП, скорее всего, это охотно обещает. Но вот сумеет ли он контролировать ситуацию в перспективе — большой вопрос. В истории, древней и новой, не раз случалось, когда из небольших стран вырастали крупные государства.
Впрочем, до этого еще далеко. У новой страны впереди немало собственных проблем, включая территориальные и внутриполитические. Нынешняя курдская автономия занимает небольшую территорию в 38 тыс. кв.км и имеет 3,5 млн населения. Однако в соседних регионах Ирака на территории почти вдвое большей живут еще столько же курдов. Вероятно, они захотят присоединиться к новому образованию, но этому будут препятствовать соседствующие с ними туркмены. Так что вероятны коллизии, в том числе кровопролитные.
Зато в новое государство уже просятся местные арабы-сунниты, чувствующие свою беззащитность перед нарастающей мощью шиитской общины. В этой связи не исключено, что “спорные территории” Курдистан все же получит, президентом сделают Масуда Барзани, а вот правительство возглавит “суннитская фигура”. Наблюдатели считают, что такая модель станет “единственным реальным противовесом доминированию поддерживаемых Ираном шиитов”. Поэтому можно заранее сказать, что Тегеран не будет в восторге от происходящих перемен — тем более что и в Иране есть заметное (до 5 млн) курдское меньшинство, которое ведь со временем тоже может пожелать присоединиться к новому Курдистану.
Как бы то ни было, неподалеку от Армении, можно сказать, совсем по-соседству (напрямую — не более 400 км) возникает новая страна. Когда она будет провозглашена, надо бы поздравить соседей с “новосельем”. Это тем более уместно, что речь в данном случае идет не только о дипломатических приличиях, но и об очередном факте торжества права наций на самоопределение. Однако в уме надо при всем том держать, что любые процессы, которые со временем могут в этой связи развернуться в восточных регионах Турции, непременно и самым непосредственным образом затронут и нашу страну. Как знать, быть может, через сколько-то лет у нас с турками уже не будет даже общей границы. К переменам подобного характера нужно готовиться загодя. Тем более ведь не факт, что такие перемены будут носить исключительно позитивный для нас характер.
Переводчик