По мере того как становится все более ясно, что главным итогом революции в регионе стало усиление исламистов, арабских весна грозит стать кошмаром для христианского меньшинства на Ближнем Востоке. Христиане по всему арабскому миру опасаются, что смена режима - конкретно приход теократии - будет означать ликвидацию или уменьшение их прав. Большая часть христианского населения Ближнего Востока живет в Египте и Сирии, которые стали свидетелями больших изменений с начала арабской весны.
Христиане в Ираке, тем временем, сильно страдали в последнее десятилетие из-за вакуума в сфере безопасности. В странах арабской весны, ситуация по-прежнему выглядят для христиан неопределенной. Для христиан, которые уже видели реализации исламистской практики и политики в Египте, в том числе заключение в тюрьму актеров и актрис за то, что раньше они играли главные роли в издевательских фильмах про исламистов, и арест самого известного египетского актера Адель Имама на четыре месяца за фильм "Терроризм" является прекрасным тому примером. В Сирии, революция все более превращается в религиозный конфликт. В Ираке, в то же время, нападения на христиан, приводящие к их бегству, если не смерти, стали почти повседневной практикой для террористов.
Хотя многие христиане покинули страну, те, кто предпочитает оставаться в Ираке, часто ищут убежища на севере страны. В процветающей столице Курдистана, Эрбиле, обосновались многие из тех христиан, которые были вынуждены бежать из таких мест как Багдад и Мосул. За последние несколько лет, в курдском регионе было совершено много важнейших достижений, неизвестных в других частях Ирака, прежде всего, в области безопасности и привлечения иностранных инвестиций. Одним из этих достижений, является защита большей части христианского меньшинства Ирака, явление, которое привлекло положительные внимание международного сообщества к региону. Почти все доклады на эту тему сообщают оптимистичные новости о христианах. Я попытался проникнуть внутрь христианской общины (по большому счету консервативной), чтобы выяснить, что они думают о своей нынешней ситуации.
Иракские христиане составляют лишь 1% населения Ирака. В настоящее время их в основном можно найти в христианском городке Анкава, который является пригородом Эрбиля, и в меньших концентрациях около Музиля и Багдада. По неофициальной статистике, население Анкавы в настоящее время составляет около 35.000, из которых, коренные жители составляют 15 000, мусульмане 4000, остальные - перемещенные христиане со всего Ирака.
Христиане в Курдистане живут в добровольной изоляции, оставаясь в границах сообщества, чтобы чувствовать себя в безопасности. Когда человек попадает в христианский анклав, легко чувствуется психологическое давление, под которым живут жители. Общаясь с христианами, приходится слышать о том, как не уверены они о своем будущем, особенно после смены режимов в регионе. "Арабская весна представляет собой проблему для христиан", говорит Давид Сака, 23 лет, изучающий бизнес и управление в английском университета в Эрбиле (англоязычный университет "Курдистана-Хавлер" – ред.). Коллективный голос исламистов в Курдистане стал громче с начала революции, это само по себе пугает христиан. Сака является близким другом сына одного из курдских исламистских лидеров, что пугает его. Он говорит, что не имеет никаких проблем с отцом своего друга, скорее, у него есть проблемы с его идеологией. Модельер Хильда Хорани также чувствует "угрозу", когда она слышит слово "исламисты". Хорани, красиво улыбаясь, сказала, что она "любит Курдистан", и что большинство ее друзей - курды, но она не хочет видеть подъема исламистов в провинции. И Сака, и Хорани довольны нынешним правительством Курдистана, и воспринимают его как либеральное.
Однако два других молодых христианина, пожелавших остаться неназванным, сказали, что "есть большой заговор против нас [христиан]". На протяжении многих лет, настаивает молодой человек, "мусульманам было запрещено покупать земли в Анкаве, но теперь они занимают наш город через инвестиции". Он отметил огромный проект турецкой компании по постройке жилых домов, которые, по его словам, в основном покупаются арабами-мусульманами. Он жаловался также на планы строительства мечети в Анкаве для стремительно растущего числа мусульман. Он также отметил, что их культура разрушается из-за баров и ночных клубов. Сака и Хорани также добавили свои жалобы на множество баров в городе. Анонимный молодой христианин даже заявил, что он хотел бы исламистского правления, а не нынешнего правительства, потому что "по крайней мере, тогда мы будем жить с достоинством. Хотя они могут наложить на нас джизью, у нас есть много денег, чтобы заплатить".
Рассказ об увеличении числа баров и клубов, - явление, которое заставляет некоторых назвать Анкаву кварталом красных фонарей Ирака - показывает сложную ситуацию за кулисами. В курдском парламенте лежит законопроект, который должен ограничить число баров в Анкаве, но он не может быть принят по политическим причинам. По данным источников, большинство баров принадлежат высокопоставленным иракским и курдским чиновникам, и это означает, что никто не может закрыть их, хотя большинство из них являются незаконными. Когда мэр Анкавы, христианин, закрыл бар за то, что он находится всего в 10 метрах от церкви, чиновник заявил ему: "Вы хотите, чтобы в Анкаве было как Афганистане". Когда христианские активисты попытались протестовать против увеличения числа баров и ночных клубов, они находятся под угрозой физического устранения со стороны неизвестных лиц, предположительно людей владельцев баров. Далее, христианам препятствует нежелание вовлекаться в политическую жизнь. В то время как они имеют ряд небольших партий, они могут нормально собрать только 100 членов, которые были бы готовы тратить время и деньги. Тем не менее, в курдском парламенте для христиан зарезервировано пять мест в соответствии с системой квот, и нехристианские политики настроены к ним весьма доброжелательно. Курдский президент Масуд Барзани, неоднократно был признан Ватиканом и западными странами за свою защиту христиан, которые стали постоянной мишенью в других районах Ирака.
Большинство христиан, которых я встретил, жаловались на постепенный упадок их языка и культуры. Сирийский язык, который используется курдистанскими христианами в повседневной жизни (в России он обычно называется "ассирийским" - ред), преподается только в двух школах. Этот язык имеет корни в ассирийской цивилизации, чье присутствие в Ираке насчитывает несколько тысяч лет, и поэтому, как считают христиане, они в каком-то смысле являются "хозяевами" земли, и они представляют собой самое сильное звено в ее древнейшем наследии. Однако, как и другие секты в Ираке, христиане разделены. Христиане на юге Ирака, как правило, говорят только по-арабски, и отличаются от христиан Курдистана, которые, как правило, говорят по-сирийски, наряду с курдским и арабским языками. Все христиане Курдистана, которых я встречал, жаловались на южноиракских христиан, которые "небрежны в отношении религии и культуры". Кроме того, христиане Курдистана в основном поддерживают идею независимого курдского государства, а южноиракские христиане молятся за единый Ирак.
Когда дело доходит до их собственных личных перспектив, христиане разнятся в своих взглядах. Давид Сака говорит, что он останется в Курдистане, потому что он чувствует, что может построить там будущее так как "на [его] на родине." Он говорит, что "христианство было построено нашей кровью, начиная с крови Иисуса. Чем больше они преследуют нас, тем больше оно растет". Хильда Хорани также хотела бы продолжить свою карьеру в Курдистане, заявив, что она планирует организовать демонстрацию мод. С другой стороны, анонимный молодой информатор видит судьбу христиан, как обреченных жить за пределами Ирака. "Мы будем вынуждены либо непосредственно через физическое насилие, либо косвенно, через психологическое давление, день за днем оставлять нашу родину. Наше будущее больше не здесь ".
Переводчик