Созданный в 1921 году Великобританией по мандату Лиги наций на развалинах Османской империи, Ирак сегодня переживает острейший внутриполитический кризис. Примерно на трети его территории (в 8 из 18 провинций) провозглашен "Исламский халифат", где власть принадлежит радикальной группировке "Исламское государство" (ИГ). Местное суннитское население этих районов предпочло "Халифат" центральному иракскому правительству. Причины этого явления лежат на поверхности.
После свержения режима Саддама Хусейна в стране была развязана так называемая кампания дебаасизации, в рамках которой подразумевалось привлечь к ответственности перед судом функционеров бывшей правящей партии "Баас" и высших руководителей силовых структур, непосредственно виновных в преступлениях против своего народа. Однако вскоре кампания приобрела форму "охоты на ведьм": гонений, чисток и репрессий против всего населения суннитских провинций. Сотни тысяч бывших военнослужащих, сотрудников силовых структур и госаппарата времен Хусейна подверглись судебным и внесудебным расправам, многие были казнены или брошены в тюрьмы, свыше миллиона бежали в Сирию и другие арабские страны. Сунниты не смогли занять пропорциональное своей численности количество мест в центральных органах власти, и даже те из них, кто пытался сотрудничать с правящим шиитским режимом, вскоре подверглись преследованию и вынуждены были эмигрировать, например, вице-президент Ирака Тарик аль-Хашими. Позднее этот видный суннитский политик трижды приговаривался к смертной казни (заочно).
Во главе антисуннитской кампании долгое время стоял премьер-министр Нури аль-Малики, сейчас его дело продолжил новый премьер из числа его аппаратчиков – Хейдар аль-Абади. Центральные прошиитские власти в Багдаде за время более чем десятилетнего правления умудрились не только оттолкнуть от себя сограждан-суннитов, но и лишиться поддержки неоднократно обманутых ими курдов и даже значительной части шиитов. Не добавили авторитета правительству Ирака и вскрывшиеся факты его масштабной коррупции, клановости, злоупотребления властью.
В результате Ирак оказался расколот на три анклава: шиитский юг с Багдадом, суннитский центр (северо-запад) и курдский север. Правительство практически лишилось поддержки большей части населения и контролирует лишь "зеленую зону" (правительственные кварталы) в столице. Регулярной армии как таковой нет, созданные наспех американскими инструкторами иракские войска разбежались при первых выстрелах джихадистов, бросив на поле боя и на складах арсеналы современных тяжелых вооружений.
Аль-Абади в панике мечется в замкнутом треугольнике "Вашингтон–Тегеран–Москва" и под предлогом активизации борьбы с терроризмом просит о новых срочных поставках оружия. Администрация США дала ему понять, что вначале иракские власти должны наладить диалог со всеми этноконфессиональными группами, прежде всего с суннитами, воссоздать коалиционное правительство и приступить к формированию регулярных вооруженных сил. Только тогда, по мнению Белого дома, можно будет вновь поставлять в страну боевую технику и оружие. В Вашингтоне также предложили Багдаду рассмотреть возможность вооружения части суннитских племен, которые пока занимают нейтральную позицию во внутрииракском конфликте. Однако это предложение не нашло поддержки в Багдаде, поскольку аль-Абади опасается перехода этих племен на сторону ИГ.
Некоторые из союзников США в Европе все же откликнулись на просьбы Багдада и начали поставки ему вооружений, но с оговоркой в контрактах о том, что часть поставок предназначена для курдских бригад пешмерга. Одновременно Иран продолжил довооружение шиитских отрядов и оказание им другой необходимой военной помощи (подготовка кадров, ремонт боевой техники и оружия, направление советников и инструкторов).
В результате этих мер дальнейшая экспансия ИГ в стране несколько замедлилась, если не считать захвата джихадистами административного центра провинции Анбар – города Рамади. Более того, курдам и шиитам удалось освободить ряд ранее захваченных ИГ территорий, где проживали курды и другие национальные меньшинства, но их вторжение в суннитские провинции и освобождение стратегически важного города Мосул пока не планируется. Курды и шииты воздерживаются от масштабных боевых действий на суннитской земле. Багдадские власти не скрывают опасений по поводу дальнейшего усиления военного потенциала курдов и шиитов на фоне отсутствия боеспособных вооруженных сил у центральных властей, что якобы создаст предпосылки для сепаратизма и окончательного распада страны.
Практически все заинтересованные иностранные государства выступают за сохранение Ирака как единого целого, но сами иракские власти ничего не делают для спасения своего государства. Все более очевидным становится, что военного решения иракского кризиса нет. Ракетно-бомбовые удары ВВС коалиции под эгидой США малоэффективны, гибель нескольких десятков боевиков ИГ сопровождается значительными жертвами среди мирного населения, разрушением инфраструктуры. Миллионы суннитов все больше ненавидят багдадские власти и "освободителей" с бомбами и ракетами. На место погибших боевиков прибывают тысячи новых джихадистов, в том числе из стран, которые бомбят иракские провинции.
В этой ситуации весьма знаковым был визит аль-Абади в мае в Москву, где он, по сообщениям прессы, получил заверения российского руководства в готовности оказать ему срочную военную помощь. Если это соответствует действительности, то возникает серьезная опасность попадания новых арсеналов оружия в руки боевиков ИГ. Кроме того, необходимо учитывать, что в Ираке идет настоящая гражданская война между восставшими суннитскими провинциями и центральными властями. Очевидно, что российскому руководству надо более осторожно подходить к поставкам вооружений и боевой техники в расколотый по этноконфессиональному признаку и воюющий Ирак. Сиюминутная политическая и экономическая выгода может обернуться большими стратегическими просчетами.
Станислав Михайлович Иванов – кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник ИМЭМО и Института востоковедения РАН.
Теги: Станислав Иванов, Ирак, Исламское Государство, сунниты, шииты, Саддам Хусейн, Нури аль-Малики, Тарик аль-Хашими, Хейдар аль-Абади, курды, США, Анбар, Мосул, Россия
Переводчик