Резкая эскалация боевых действий между Турцией и курдскими сепаратистами из РПК последние три недели нарушили тенденцию последних лет, в ходе которой Турция медленно переходила к мирному решению тридцатилетнего конфликта с ее беспокойным курдским меньшинством.

Правительство премьер-министра Турции Реджепа Тайипа Эрдогана ослабило усилия по уничтожению курдского языка и культуры, и когда-то запрещенные курдская музыка, литература и телевидение процветают. Турецкие власти даже предприняли казавшийся немыслимым шаг и вступили в тайные переговоры о прекращению борьбы с Абдуллой Оджаланом, заключенным лидером Рабочей партии Курдистана, которого Турция с удовольствием бы повесили после его захвата в 1999 г., если бы не стремилась вступить в Европейский Союз, который запрещает смертную казнь. А в июне, 36 депутатов от про-курдской партии были избраны в парламент, что является рекордом.

Но суды позже запретили некоторым из этих депутатов вступать в должность, смертоносные атаки РПК находятся на подъеме в последние недели, и Турция возрождает жесткую позицию, которая, как многие думали, была похоронена. Истребители начали бомбить позиции РПК в курдском автономном районе северного Ирака после того, как в среду в засаде, организованной РПК, погибли восемь турецких солдат. В этом месяце турецкая армия потеряла около 40 солдат в результате атак РПК, и проправительственные газеты начали говорить о "шри-ланкийской модели" - массивном военном блице сродни тому, который уничтожил мятеж "тамильских тигров" в Шри-Ланке при цене сотен жизней, которые потребуются для уничтожения РПК на курдском юго-востоке и в горах северного Ирака.

Эрдоган намекнул, что избранные курдские политики могут оказаться в блокаде. Он отказывается говорить с депутатами от курдской партии, и не будет включать их в критические дискуссии по разработке новой, более демократической конституции - даже несмотря на то, что статус 15-20 миллионов курдов страны является одним из ключевых вопросов, связанных со следующей конституцией . Но потенциальные последствия насильственных действий правительства вызывают тревогу - особенно на фоне арабской весны. РПК пользуется огромной поддержкой на курдском юго-востоке, где десятки тысяч выходят на улицы в любой момент, когда это потребуется.

"Правительство считает, что это - сдерживание", говорит Соли Озел, профессор международных отношений в стамбульском университете Кадир Хас.. "Меня беспокоит то, что мы могли видеть насилие в городах. Есть очень много неизвестных переменных, и трудно понять, что происходит на самом деле. Почему РПК активизировала свои атаки? Почему Эрдоган решил принять жесткую линию? Как это связано с тем, что происходит с Сирией и Ираном? " (Обе эти страны, а также Ирак, имеют у себя существенные курдские меньшинства).

Некоторые турецкие наблюдатели винят в недавней волне атак РПК Сирию, которая имеет 840 км. общей границы с Турцией, утверждая, что режим президента Башара аль-Асада молчаливо поддерживая повстанцев в ответ на выступление Эрдогана против своего бывшего союзника. (Сирия в середине 1990-х годов позволяла Оджалану работать из долины Бекаа в Ливане, находившейся под сирийским контролем, во время предыдущего раунда сирийско-турецкой напряженности.) Эрдоган предупредил в четверг, что считает беспорядки в Сирии частью "внутренних дел Турции".

Региональная картина более сложна: ключевой союзник Сирии, Иран, в последние недели вдруг активизировал свои нападения на Пежак, иранское крыло РПК. США, которые нуждаются в том чтобы Турция сделала тяжелую работу в Сирии, как ожидается, поддержат позицию Анкары по РПК. "Я думаю, что Турция имеет полную поддержку Америки в отношении РПК," говорит Соли Озел. "США настолько зависят от турецкой поддержки, когда доходит до Сирии и Ирака, что я не считаю, что они дважды подумают о том чтобы списать РПК". (Действительно, РПК, причислена Госдепартаментом США в список террористических организаций).

Эрдоган находится в сильной позиции внутри страны, победив с убедительным перевесом на июньских выборах, и, как кажется получив преобладание в противостоянии с высшим военным в начале месяца. Но все надежды, что подъем Эрдогана и снижение политического влияния военных принесут политическое решение курдской проблемы, были разбиты воинственной риторикой премьер-министра. В его ближайших планах нанесение новых ударов с воздуха, массированные атаки и новое введение специальных команд полиции для контроля над юго-востоком. Правозащитные группы обвиняют эти военизированные подразделения в широко распространенных злоупотреблениях в 1990-х.

"Вы видите, что правительство на самом деле не привержено идее мирного решения", говорит Мустафа Гундогду, консультант по Турции и Иракау в курдском проекте по правам человека в Лондоне. "Нет никаких обязательств. До этого они постоянно страховались. Теперь они думают, что смогут покончить с этим с помощью военных и полиции".

Возобновленный конфликт с РПК воспринимается многими турками, как утомляющее дежавю. Большая часть 90-ых была занята грязной войной против РПК, во время которой были убиты тысячи людей, разрушались деревни и массово нарушались права человека. И конфликт не закончился с захватом Оджалана. "Мы делаем то же самое, что мы делали очень много раз в недалеком прошлом," пишет Исмет Беркан во влиятельной газете "Хюрриет". "И тем не менее мы верим, что на этот раз результат будет другим." Различие, на сей раз, может быть в том, что изменилась ситуация в Сирии, Ираке и Иране. Судьба курдов Турции может до некоторой степени опереться не только на решения Анкары, но также и то что делается в Дамаске, Тегеране и Эрбиле. И последствия решений, принятых в любом из этих городов, конечно, окажут влияние на других.