новостной сайт о событиях в курдском регионе

В прошлую субботу я посмотрел турецкий фильм "Элегия" (1972) в рамках ретроспективного показа фильмов Йильмаза Гюнея. Фильм мне понравился, но было трудно понять сюжет. Впоследствии я спросил у одного из составителей программы, как объяснить, почему жандармы охотятся за главным героем, однако в фильме не показано, чтобы он делал что-то противозаконное. Это плохо составленный сценарий или я что-то пропустил в диалоге? Историк из Турции прервал нас (хорошо, что фильм показывали в Чикагском университете!) - и решил дело в считанные секунды. "Эти люди были курды - турецкое правительство в то время пыталось отрицать их существование. Правительство запретило этот фильм, как и большинство фильмов Гюнея".
Звезда кинематографии, писатель и режиссер, Гюней - выходец из преимущественно курдского региона на юго-востоке Турции (имя, под которым он был известен - в действительности псевдоним, "Гюней" означает по-турецки "Юг"), хотя он открыто не называл своего этнического происхождения вплоть до начала 1970-х годов, когда курдское националистическое движение набрало силу при поддержке турецких левых, с которыми Гюней был связан. Можно понять, почему он не спешил публично идентифицировать себя как курда. Продолжающееся преследование турецкого правительства в отношении этнических меньшинств привело в 20 веке к гибели и тюремному заключению миллионов, и кризис только усиливался в период военного правления в Турции, который совпал с пиком популярности Гюнея. Как отметил Дж. Хоберман в очерке 1982 г. "Гюней" (который включен в его сборник "Вульгарный модернизм"):
Слова "курды и" Курдистан "являются (в настоящее время) запрещенными в турецких учебниках истории и словарях; курды официально называются" горными турками ", которые говорят на курдском незаконно, потому что они забыли свой родной язык ... Идентичность становится экзистенциальным вопросом, когда утверждение "я - курд» предполагает два с половиной годя в турецкой тюрьме"
Помещенные в этот контекст, курдские фильмы Гюнея представляют собой замечательные акции протеста, вопреки национальному кодексу молчания о бедственном положении многих. Хоберман дошел до того, что называет фильм "Йол" - "фильммом настолько взрывным, что его показ на родине будет означать прелюдию к революции". Он добавил, что фильм "о существенной, невыразимой курдскости Турции. . . он утверждает, что под военным правлением, все турки сейчас курды – угнетенные из угнетенных ". Свойственная фильмам грубость только передает их срочную необходимость, как будто Гюней подорвал бы влияние фильмов, если бы уделил больше времени их отделке. Например видеоряд в "Элегии", как правило,
Становится ли искусство  более эффективным инструментом протеста по мере того, как в нем исчезают нюансы? Возможно. Когда многотысячная толпа поет одну песню, вы настолько впечатлены их коллективной силой, что не пытаетесь выделить отдельные голоса. Простые картины Гюнея могут быть такими же подавляющими, предлагая основные конфликты, которые могут быть поняты, и, следовательно, связаны с любыми другими. (Это не означает, что протестное кино должно быть тупым, чтобы быть успешным, Джафар Панахи в полных нюансов фильмах "Круг" (2000) и "Червоное золото" (2003) повысил осведомленность международного сообщества о несправедливости в Иране, и они были достаточно хороши, чтобы быть запрещенными на родине.) В качестве одного из самых известных курдов своей эпохи, Гюней использовал свою известность, чтобы говорить от имени миллионов, и, как свидетельствует его нынешняя ретроспектива, его гнев по-прежнему звучит мощно.