Вадим Макаренко,Kurdistan.ru Западные эксперты прогнозируют, что Иран может произвести ядерное оружие между 2010 и 2015 годом. За последние несколько десятилетий несколько стран де факто перешли в разряд ядерных держав. Каждый раз ситуация напоминала гонку с преследованием. В какой-то момент страна, потенциально способная к приобретению ядерного оружия, делала рывок, спурт, чтобы оказаться за ядерной чертой. В какой-то момент это может произойти и с Ираном. Усилия западных держав направлены на то, чтобы не дать Ирану уйти за ядерную черту.
Какую цель может преследовать Иран, если решится на создание ядерного оружия?
Безусловно, процесс распространения ядерного оружия потенциально чреват возможностью возникновения конфликта с его применением. Но также ясно, что не то, что Иран, но даже Китай не готов повторить колоссальные усилия СССР и достичь ядерного паритета с США и (формально) с Россией, союз или хотя бы стратегическое согласие которых между собой, делают тщетными любые усилия других стран в этой сфере.
Следовательно, приобретение ядерного оружия новыми ядерными странами имеет целью не глобальный конфликт, в котором у них нет шансов уцелеть, а изменения военно-политического климата в зоне непосредственно прилегающей к той или иной стране. В случае с Ираном эта зона лежит исключительно на запад от Загроса. Появление ядерного оружия у Ирана может рассматриваться теми, кто ставит или может поставить перед собой эту задачу, как средство регионализации Ближневосточной зоны. Т.е. способом сделать Ближний Восток зоной игры интересов исключительно стран ближневосточного региона. У других стран могут быть здесь интересы, но они смогут достигать их исключительно опосредованно, через своих союзников в регионе. В этом смысле движение Ирана к ядерному оружию был мощно ускорено военным вмешательством Запада в события на Ближнем Востоке, последним актом которого стала война США в Ираке в 2003 году.
Российский выбор
Если произойдет, рывок Ирана к приобретению ядерного оружия поставит перед Россией выбор: войти в число преимущественно западных стран, которые попытаются сорвать этот иранский прорыв; или поддержать Иран сохранением комплекса военно-технических отношений, приняв как должное новую ядерную фазу в его военно-стратегическом развитии; или занять позицию невмешательства, прервав отношенния военно-технического сотрудничества, с одной стороны, но и отстранившись от активных действий в этом вопросе, с другой.
Для России это непростой, но уже предопределенный выбор. Решившись явно или неявно поддержать Иран, она почти наверняка снова окажется в изоляции. Следовательно, такое решение могло бы стать только результатом совершенно точно артикулированной позиции, направленной на долговременный военно-политический союз с Ираном. Вне этого контекста Россия не может поддержать Иран и потерять Запад. Сейчас Россия не ставит перед собой задачу развития военно-стратегических отношений с Ираном. И ничто не указывает, что такой уровень отношений между Россией и Ираном может стать фактом ближайших нескольких лет, когда и может произойти, если Иран решится, его ядерный спурт.
Россия в ближайшие пять-десять лет будет продолжать прокладку квазиальтернативных газопроводов. Она сама потратит свои деньги и время на то, чтобы окончательно привязать себя к европейскому лагерю. Задача стать европейской страной - это и есть внешнеполитический выбор России. При этом она всячески демонстрирует, что заинтересована в дальнейшем сближении с Германией и Францией. И их позиции по Ирану будут совпадать. Именно отношения с этими старыми европейскими странами должны создать для России стабильно комфортную ситуацию в Европе, где у нее много мелких «реактивных» противников, действующих под влиянием постсоветского синдрома.
Это дает основания предположить, что Россия в кампании по сдерживанию продвижения Ирана к ядерному оружию будет действовать однонаправленно с Западом, правда, будучи в его обозе, а не в первых рядах. Возможно, что при этом Россия ( в качестве фиги в кармане) будет рассчитывать на сдерживающую, тормозящую усилия Запада, роль Китая. Он, как и Россия, располагает правом вето в Совбезе ООН, но не зависит столь сильно экономически от западных стран. Похожую роль Китай уже играет в стабилизирующем контроле над корейской ядерной проблемой.
Переводчик