новостной сайт о событиях в курдском регионе

Вадим Макаренко, Kurdistan.Ru
Отказ в проведении переписи в Ираке часто воспринимается как антикурдская мера, но проблема значительно шире. После войны 2003 года последовали кардинальные изменения в демографической структуре Ирака, в частности в этноконфессиональном составе населения Ирака и особенно в распределении населения по территории страны. Состав населения многих районов претерпел столь существенные изменения, что они бросаются в глаза. Однако главное то, что они не зафиксированы официально, а следовательно, не могут быть использованы в политической практике. В частности наблюдатели говорят, что в Багдаде осталось не более 10-15 % суннитского населения, тогда как раньше шииты и сунниты были в соотношении почти 50/50. Это существенное нарушение традиционного баланса.

Кроме того, многие сунниты покинули страну – по оценкам, около 300 тысяч семей (до полутора миллионов человек), и пока только 50 тысяч (16%) вернулись. В Багдаде суннитские районы выглядят как кварталы-призраки. Столица, где они утратили свои позиции, стала небезопасным местом для проживания суннитов. А сейчас под вопросом сохранение там и христианского населения.
Несомненно,  перепись населения будет наиболее жесткой и нелицеприятной оценкой деятельности коалиционной оккупационной администрации и последующих правительств Ирака. Она потребует пересмотреть распределение мандатов по избирательным округам, а также удельный вес каждой провинции в составе населения Ирака и долю национального богатства, которое причитается ей. Крайне важно знать и учитывать этноконфессиональную структуру населения в каждой провинции. Ведь этнические меньшинства при нынешней системе выборов оказывается практически безгласным, поскольку голосование идет по этническим и конфессиональным линиям. Даже нынешнее квотированное представительство меньшинств в однопалатном парламенте не сглаживает этого, поскольку их представители будут вынуждены примкнуть к большим блокам, чтобы добиться хоть какого-то представления своих интересов во властных структурах.
Думаю, что перепись населения (особенно его распределение по территории) покажет, что Ирак не может довольствоваться однопалатным парламентом, тем более, что страна фактически утратила Президентский Совет как орган, ограничивавший исполнительную власть. Только Совет Федерации, отражающий реальную структуру населения страны, а не вес политических блоков, наделенный правом вето, которое так или иначе будет закреплено за этническим и конфессиональными общинами (многие отрицают такую необходимость, называя это сектаризмом), сможет положительно повлиять на сохранение территориального единства Ирака, а также создать условия для гражданского мира и взаимодействия.
Поствыборный период 2010 года, когда коалиции и партии с трудом приходили к соглашениям, показал, насколько важны два-три места в парламенте страны или в провинции (что хорошо видно на примере Ниневии).  Когда в США «партийный» президент побеждает с небольшим отрывом и в результате получает все, это не страшно, но в отличие от США в Ираке, где каждый этнос и каждая конфессия претендует на участие в общем процессе и где не может быть коалиции или партии, получающей все, это опасно расколом общества и ростом насилия. Большевизм на Востоке чреват сепаратизмом и спонтанными силовыми акциями как реакцией на исключение из власти. Интересы этнических и конфессиональных меньшинств должны быть защищены, причем в местах их традиционного проживания. Бегство иракских христиан на север, в Курдистан, скорее всего, несмотря на безопасные условия пребывания там, закончится их исходом из страны, поскольку они утрачивают свою привычную среду обитания и превращаются пусть во внутренних, но мигрантов.
От того будут ли многоэтническими или моноконфессиональными Багдад, Киркук и другие города Ирака зависит, будет или нет он единой страной. Соборность как отражение «этно-конфессиональной сословности» – это особенность восточного, по крайней мере, иракского общества, с которой страна столкнулась, пытаясь выбрать свое руководство по чужим, западным правилам и пробуксовав из-за этого восемь месяцев. Они не сработали. Президент Иракского Курдистана Масуд Барзани предложил традиционный вариант пропорционального (с учетом результатов выборов), но всеобщего и полноправного  участия в правительстве, что отражает взгляд иракцев на то, как должна быть устроена власть.
Необходимы изменения в нынешней политической системе Ирака. Нужен двухпалатный парламент. Было бы целесообразно, чтобы депутаты нижней палаты Иракского парламента избирались по мажоритарной или партийной системе в провинциях, и это бы  отражало конкурентную борьбу политических партий, их вес и влияние, Верхняя же палата парламента Ирака, а также аналогичные палаты в законодательных органах провинций и регионов должны быть максимально точным отражением этноконфессиональной структуры населения страны, провинции или города. Депутаты в них должны избираться на внутриобщинных выборах. Таким же образом должны назначаться и составы территориальных и федеральных судебных органов.
Представительства этноконфессиональных интересов нельзя добиться иначе, чем через законодательную и судебную власть. Этого не добиться, как делается сейчас, через распределение министерских портфелей между разными партиями и блоками, имеющими определенную этноконфессиональную окраску. Исполнительная власть должна быть ограничена законами  в своих полномочиях и действиях, а также судебным контролем за выполнением законов, она должна формироваться политическим большинством, а не сковываться конкуренцией и взаимным противодействием партий и блоков внутри правительственных структур, которые должны работать как единый механизм.
Непростая проблема решить, на каком уровне будут закреплены законодательно те или иные полномочия федеральных и провинциальных властей (например, решать вопросы разведки и разработки полезных ископаемых на региональном или федеральном уровне; нужна федеральная или региональная миграционная политика; соотношение федеральных и региональных структур безопасности; и т.д.), найти приемлемый для каждого уровня способ преодоления или закрепления вето,  но ясно, что федеральная исполнительная власть, как и, в свою очередь, власть провинциальных властей должна быть максимально ограничена в пользу местной власти, по крайней мере, на начальном этапе формирования новой иракской государственности, а законы федерации и провинций должны приниматься при максимальном учете позиций этносов и конфессий.
Ирак как единое государство должен прорасти снизу, как вырастает лес.