новостной сайт о событиях в курдском регионе

Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен посетит Турцию. Он встретится с премьер-министром Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, министром иностранных дел Турции Ахметом Давутоглу и министром обороны Веджди Гонулом. Согласно заявлению, стороны обсудят вопросы повестки дня готовящейся неформальной встречи министров иностранных дел НАТО, которая запланирована на 14 и 15 апреля. Ожидается, что стороны коснутся обстановки в Ливии, где НАТО взяло на себя командовании военной операции. Накануне генсек НАТО заявил, что не поддерживает предложения США и Великобритании о поставках оружия ливийским повстанцам. По его словам, цель международной операции в Ливии состоит в том, чтобы "защищать ливийский народ, а не вооружать его". В этом смысле эти идеи созвучно с позицией руководства Турции.

Но Анкару сейчас беспокоит несколько иное: оценка ситуации, складывающейся на Ближнем Востоке, - то, что Турция оказывается в "кольце фронтов" и кипяток бушующих потрясений появился уже у её границ. Бывший советник Белого дома по вопросам национальной безопасности Збигнев Бжезинский заявил в этой связи, что следует готовиться к появлению на Ближнем Востоке "новых режимов", которые будут создавать для США "большие трудности", а Израиль "в дальнейшей перспективе утеряет роль влиятельного игрока".

В истории Ближнего Востока начался новый период и за лидерами этих стран стоит выбор: либо принять перемены, либо столкнуться с риском исчезновения. Такой диагноз поставил уже министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу. Он назвал ошибочными утверждения о том, что массовые волнения в странах Северной Африки и на Ближнем Востоке вызваны "внешними факторами", сравнил региональные события настоящего времени с общественными волнениями в Восточной Европе в 1980-х годах. "Прозорливые лидеры стран региона должны возглавить процесс перемен вместо того, чтобы препятствовать ему, - констатирует глава турецкого МИДа. - Тот, кто будет препятствовать, столкнется с еще большими трудностями, как это произошло в Ливии". Что бы это значило, если иметь в виду, что Давутоглу откровенно намекает на соседнюю Сирию? Президент этой страны Башар Асад действительно публично заявил о наличии против Сирии "международного заговора", прежде всего, потому, что впервые антиправительственные демонстрации начались в северо-восточной части страны, где большинство населения составляют курды.

В этой связи некоторые эксперты стали предполагать, что с сирийского плацдарма может начаться общекурдское восстание, которое потенциально может захлестнуть Турцию и Иран. Как уже сообщало ИА REGNUM, представитель Союза курдских общин заявил, что правительство Сирии должно начать официальные переговоры с курдами, так как восстание курдов может иметь гораздо более серьезные последствия, чем беспорядки со стороны арабов. Возможен ли в принципе подобный ход событий? Как считает специалист по исламу Удо Штайнбах из Центра изучения Ближнего и Среднего Востока при университете Марбурга, многое будет зависеть от того, какую тактику изберет Асад в качестве реакции на антиправительственные выступления.

В Сирии необычная конфессиональная ситуация. Большинство населения составляют мусульмане-сунниты, второе место по численности занимают так называемые алавиты, далее идут друзы, курды, христиане ассирийцы, армяне. Алавиты преобладают в силовых структурах и вообще находятся во власти. Сунниты также занимают целый ряд важных политических и военных постов. В 1970-х годах шииты признали алавитов своими единоверцами, что стало одной из главных предпосылок налаживания тесного сотрудничества Дамаска с Тегераном. Иран стал одним из главных инвесторов сирийской экономики. В иной ситуации оказались курды. До 1960-х годов курды не подвергались в Сирии дискриминации. В конце 1961 года президент Сирии Назем аль-Кудси пытался решать курдскую проблему: было создано курдское радио, рассматривался вопрос об их допуске к власти в Дамаске. Все закончилось в 1962 году, когда распался этот союз и к власти пришли арабские националисты. В 1966 году ими был создан так называемый "арабский пояс" - 375 километров длиной и 15 км - в курдских районах, на границе Сирии с Турцией. Оттуда были депортированы все курды вглубь страны, и вместо них были поселены арабы из провинции Ракка.

30 марта 2011 года президент Асад принял отставку правительства. Новым главой правительства назначен бывший министр сельского хозяйства Адель Сафар,. Правда, он лично пока не заявил о каких-то конкретных реформах. Но ранее сирийское руководство приняло экстренный план политических преобразований, который, в частности, предусматривает введение многопартийной системы, принятие нового закона о СМИ, проведение судебной реформы. Не исключено, что Дамаск в ближайшее время пойдет и на отмену чрезвычайного положения.

Применительно к курдам это может означать возвращение к формуле взаимоотношений президента Назема аль-Кудси. Тем более, что сейчас приходится уже считаться с реальным фактором геополитики - Иракским Курдистаном. Любопытно, что к этому подталкивает президента Башара Асада и премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Он сообщил журналистам: "Помимо требований о смене руководства Сирии? люди ожидают отмены режим чрезвычайного положения, освобождения политических заключенных и принятия новой конституции". Подобное предупреждение лидеру Сирии со стороны Турции имеет многозначительный характер. Неслучайно на днях сам Эрдоган осуществил первый исторический визит в иракский город Эрбиль, где он выступил с посланиями о мире и братстве. До этого в Ираке он посетил усыпальницу имама Азама Эбу Ханифе, усыпальницы шиитских имамов в районе Казимие, усыпальницу имама Али, а затем встретился с шиитским лидером Систани.

По мнению турецкой газеты Today's Zaman, правительство Турции с целью привлечь на свою сторону курдского избирателя пытается накануне парламентских выборов продвинуться на пути реализации так называемой "Курдской инициативы". Речь идет о возвращении географическим объектам их исторических названий, учреждении органов по контролю за нарушениями прав человека, устранении преград для более широкого использования курдского языка. Но проблема в том, что против правительства могут выступить националистически настроенные избиратели западной части страны, не говоря уже об армии, судах и спецслужбах, которые могут по-своему разыграть "курдский сценарий". Поэтому Анкара, стимулируя Дамаск на примирение с курдами, налаживая отношения с Эрбилем, пытается вывести из игры Рабочую партию Курдистана. Более того, либерализация режима в Дамаске создает "коридор возможностей" для взаимодействия между курдами Сирии, Турции, Ирана и Ирака.

В то же время крах режима в Сирии сулит множество проблем, обещая, с одной стороны, подъем исламского экстремизма среди суннитов, с другой - защитную реакцию шиитов, исмаилитов и особенно алавитов, которым с утерей своего правящего статуса грозит опасность превратиться в объект всеобщей ненависти. Исследователь Андре Банк из гамбургского Института по изучению Ближнего Востока (GIGA), считает, что 45-летнему президенту Асад не грозит опасностью разыгрывание курдской "карты". По его словам, "в отличие от авторитарных правителей в Тунисе, Йемене и Египте Асад пользуется популярностью среди молодежи". Кроме того, президентский клан, опираясь на влиятельное меньшинство мусульман-алавитов, может вступить в блок с другим меньшинством - курдами, что будет способствовать стабилизации режима.


Поэтому одним из вариантов выхода из "зоны нестабильности" в регионе может стать формирование регионального союза Иран - Турция - Ирак - Сирия. Кстати, именно такого хода событий опасается Збигнев Бжезинский. Не стоит при этом забывать и о том, что реверансы руководства Турции в сторону шиитских святынь, имеют и другой иной смысл: нынешний президент Йемена Салех по происхождению является шиитом-зайдитом. Приверженцы этой секты традиционно враждебно настроены по отношению к Саудовской Аравии. У президента Салеха сейчас выбор: либо продолжать оставаться приверженцем Запада, поддерживать Саудовскую Аравию, либо - если следовать логике призывов главы МИД Турции Давутоглу - открыто возглавить оппозиционные шиитские силы страны и действовать более свободно на севере Йемена с опорой и Иран и Сирию, и возможно, Турцию.

Таким образом, у Турции появляется шанс вырваться из "кольца фронтов", где она оказалась в результате нынешних потрясений в регионе, и, наряду с Ираном, укрепить позиции в качестве регионального центра силы. Если, конечно, ее не "взорвут" изнутри политические враги.