Настойчивость, проявляемая национальными лидерами Южного Курдистана в
стремлении создать поистине демократическое и федеративное государство Ирак, может вызвать только удивление и даже некоторое отторжение у любого здравомыслящего человека, обладающего достаточным представлением о логике политических амбиций и перспектив курдского национально-освободительного движения в современных условиях развития международной ситуации на Ближнем Востоке.
Чем руководствуются курдские лидеры в Эрбиле на протяжении всего периода региональной автономии и относительной свободы, последовательно участвуя в несколько бессмысленном, возможно только с первого и не очень информированного взгляда, переговорном процессе с федеральной исполнительной властью Ирака?
Правительство Ирака демонстративно и упорно утверждает в стране верховенство федеральных законодательных актов, грубо нарушающих принципиальные положения Конституции страны, и непосредственно касающихся социально-экономических и общественно-политических интересов курдской автономии.
Премьер министр Ирака, видимо, умышленно, но вполне осознанно делает почти все, чтобы косвенно и максимально приблизить руководство Южного Курдистана к необходимости провозглашения государственной независимости автономного региона.
Он убежденно не намерен создавать федеративное государство совместно с
демократической курдской автономией, признавая несовместимость демократии с его основополагающей национал-радикальной идеологией.
Малики с явными и мнимыми политическими единомышленниками уже готовы сохранить Ирак без Южного Курдистана, так как прекрасно понимают, что курды будут вечным и непреодолимым препятствием и деструктивным фактором на пути формирования доминирующего национал-патриотического устройства сугубо арабского государства.
Тем не менее, к сожалению, партийный блок Южного Курдистана притворно не замечает явное нежелание основных арабских политических сил Ирака строить единое государство с курдами на основе принципов национального равенства, исторической и социально-экономической справедливости, уважения духовного и культурного наследия народов страны.
Президент Южного Курдистана, наконец, официально заявил о готовности исполнить любое волеизъявление народа касательно вопроса о статусе региона: государственной независимости или Автономии в рамках Ирака, даже при условии, что принятое решение приведет к войне. Но народ, подчеркнул Президент, должен выразить свое мнение на референдуме. Лед слегка тронулся?
Зачем вообще проводить референдум в создавшейся ситуации? Разве народ не ответил окончательно на поставленный вопрос в ходе прошедшей войны с режимом Саддама Хусейна и арабской партии БААС? Политическая реальность в Ираке подсказывает, что переходный период, навязанный курдам в 2003 году, не следует продлевать. Необходимость в реализации временно отложенного права курдов на самоопределение столь остро востребована и очевидна, что достаточно официально объявить от имени народа о провозглашении независимости Южного Курдистана.
Выбор предложен современным историческим моментом: Южному Курдистану быть де-юре независимым и суверенно "одиноким" в окружении радикальных
исламских государств, а Ираку оставаться в шовинистическом угаре арабского национал-патриотического единства.
Курдам нужно воспользоваться открывшейся возможностью. Суверенный
государственный статус Южного Курдистана с практической и политической точки зрения - относительно легко достижимая задача. А вот широкая демократическая автономия в завтрашнем шовинистическом Ираке - чистая политическая утопия.
Ясно, что слишком затянувшаяся политическая наивность региональных лидеров не может дать долгосрочных позитивных преимуществ, так как выходит за закономерные рамки национально-освободительного движения курдского народа.
Остается лишь предположить, что лидеры Южного Курдистана изначально, вероятно, не очень желали независимости и государственности, чтобы в будущем, сохраняя лишь широкую автономию региона в рамках Ирака, иметь возможность формально отгородиться от политических проблем курдов Турции, Ирана и Сирии. При всем уважении и признании несомненной преданности национальных лидеров курдскому народу, никакая иная логика не прослеживается в рассуждениях об их, по краней мере, краткосрочных политических намерениях.
История курдского народа много раз повторяла один и тот же драматический
сценарий развития политических событий. Курдский народ был, есть и, несомненно, будет всегда, однако всеобъемлющего курдского единства никогда не было, нет и, вероятно, в ближайшее время оно не достигнет желаемых масштабов. Хотя ожидать радикальных изменений в этом самом значимом деле можно будет после провозглашения независимости Южного Курдистана.
Курдские лидеры во всех частях Большого Курдистана не имеют глубоких традиций и организационно-политических навыков объединения во имя интересов единого курдского народа, с целью создания государственности и провозглашения независимости в приемлемой форме, допустимой на тот или иной исторический момент.
Сегодняшним лидерам не следует необдуманно и надолго отходить от главного вектора идеологической основы национально-освободительного движения курдского народа. Лидеры - не чиновники, а национальные герои с очень высокой степенью политической ответственности. Кредит народного доверия зиждется на их конкретных делах в интересах всей нации.
Президент и Парламент Южного Курдистана должны незамедлительно ознакомить весь многомиллионный курдский народ Большого Курдистана с основными программными целями и задачами региона, чтобы сверить и согласовать тактику совместных действий всех курдских прогрессивных партий.
Народ устал от ежедневных и малосодержательных информационных сводок о якобы плодотворных и позитивных переговорах между Эрбилем и Багдадом, Анкарой, Тегераном. Переговорный процесс приобретет высокую эффективность, только если курдской стороной за круглым столом будет независимый Южный Курдистан с свободными экономическими зонами взаимной торговли и сотрудничества с Турцией (в Северном автномном Курдистане), с Ираном (в Восточном автномном Курдистане) и с
Сирией (в Западном автномном Курдистане). Багдаду, конечно, будет предложено экономическое сотрудничество на таких же условиях в режиме наибольшего благоприятствования.
Переводчик