новостной сайт о событиях в курдском регионе

Как только я получил информацию, я решил проверить ее: есть ли на самом деле курдский ресторан в Кито, столице Эквадора? Если он существовал, я был настроен разыскать его.

После того, как я добрался до Кито, после изнурительной поездки на автобусе, я зарегистрировался в отеле, отдохнул, и начали поиски. К четырем часам езды на автобусе утром, я сейчас должен был добавить двухчасовой поход в гору, поворачивая голову во все стороны, так как искал знаки на незнакомых мне улицах. Даже без особой активности посетители Кито страдают головной боли, одышки и тошноты, так как столица находится на 2800 –метровой высоте над уровнем моря.  Благодаря советам друзей, я был готов к этому.

Когда стемнело, я вспомнил о приятелях, на которых нападали и грабили  на таких улицах: одного ограбили, угрожая ножом, а другой был серьезно ранен разбитой бутылкой. Я ускорил шаги и направился назад к отелю. Именно тогда, в темноте, что я вдруг разглядел тускло освещенный внутри небольшой ресторан и росписи египетских пирамид на его стенах. Я остановился не потому что это выглядело по-курдски, а потому, что это было возмутительно неуместным. Мой взгляд переместился вверх, на вывеску над заведением, которая гордо гласила: "Курдская Шаурма". Bingo!

Я заглянул внутрь, и, указывая на вывеску, по-испански спросил местного мужчину, который подошел, говорит ли он на курдском.   Он ответил по-испански, из которого я смог разобрать только слова "арабский" и "Али". после того как я спросил, говорит ли он по-арабски, и он кивнул: "Эйва".

Мужчина представился как Эхаб, и мы начали дружескую беседу. 
До приезда в Эквадор, этот египтянин, отец двоих детей, работал в туристической компании в Египте. Он был одним из многих, кого вытеснила с Ближнего Востока "арабская весна", все еще грохочущая в регионе. После того, как туризм в Египте пострадал  со времени антиправительственного восстания 2011 года, компания Эхаба обанкротилась. Через своего эквадорского друга он приехал в эту страну в поисках работу, чтобы обеспечить свою семью. Теперь он держит ресторан вместе с Али, его курдским владельцем.

Я спросил о фресках пирамид и курдском названии ресторана, и он ответил, что цель состояла в том, чтобы сделать место более экзотическим для стран Латинской Америки. Было приятно видеть дружественное сосуществование курда и араба вдали от политики Ближнего Востока. Али не было там в тот вечер, но Эхаб сказал мне, что тот находится в интернет-кафе за углом, и дал мне номер его телефона.

Я позвонил Али, и мы встретились в тот же вечер в интернет-кафе. Оно было переполнено, когда я вошел внутрь, и я начал осторожно рассматривать лица посетителей, стараясь узнать среди них курда. Потом я увидел человека за прилавком. Он был тощим, с узким, длинным лицом с маленьким подбородком. Я не ошибся, потому что он напомнил мне моих родственников Бадини со стороны моей матери. Единственное, что было исключением, это идеальный испанский, на котором он говорил с клиентами. "Али? Салам алейкум!" Я представился.

Он посмотрел вверх, подняв брови, а затем удивленно улыбнулся. Мы пожали друг другу руки, и он позволил мне сесть рядом с ним, пока он не закончит со всеми клиентами. Большинство из них были кубинцы, но это было не удивительно, потому что эти окрестности известны как "Havana Sur", что означает "Южная Гавана".

Было очень интересно слышать, как латиноамериканские друзья Али произносили его имя: "Алииии", они говорили громко, горячо пожимали друг другу руки и касались его руки. Я также получил несколько теплых приветствий, так как сидел рядом с ним.

После того, как ушли почти все клиенты, Али и я, наконец, смогли поговорить и представить себя должным образом. Курдское гостеприимство преобладало, за разговором Али предложил мне сладостей и напитков. Я не удержался, посмотрел на экран компьютера на столе. Моим глазам предстала чат-страница Али на "Yahoo", где в качестве аватара был поставлен флаг Курдистана.

Оказалось, что его имя - Махмуд, а Али – это его фамилия. Он сказал, что он родом из курдского региона Кобани в сирийском Алеппо. Он отправился на Кубу в 2002 году на государственную стипендию для обучения компьютерным  технологиям, окончил образование и женился на кубинке, с которой впоследствии развелся. Его попыткам продолжить последипломное образование помешали финансовые трудности и изменение законов на Кубе.  В конце концов, его вид на жительство истек, и он был вынужден покинуть остров, но не захотел возвращаться в Сирию, потому что он не был на обязательной военной службе и знал, что будет немедленно отправлен на нее. Он хотел поехать в Канаду, но в 2011 году прибыл в Эквадор и, в конце концов, решил поселиться здесь, потому что уже хорошо говорил по-испански.

Он рассказал, что около ресторана он недавно открыл второе интернет-кафе в Кито. К сожалению, когда на следующий день мы встретились опять, оказалось, что его кафе полностью опустошили воры, которые ворвались туда ночью и забрали семь компьютеров и принтер. Нет никакого преувеличения в отчетах о страшной ситуации в области безопасности в Кито.

Али тихий человек, но дружелюбный и щедрый. В тот вечер он неоднократно приглашал меня к себе домой, но я вежливо отказывался, так как было уже поздно. Мы решили встретиться снова на следующий день, прежде чем я покину Кито. Я хотел сфотографировать его и задать дополнительные вопросы.

Мы встретились на следующий день, и я сделал фотографии. Потом мы пошли в его дом, где он сварил цейлонский чай, привезенный из Кобани. Это было то, по чему я действительно соскучился, и чем полностью наслаждался.

Я спросил, есть ли у него родственники в Кобани, он ответил, что все они живут в очень отдаленной деревне Алеппо и далеки от продолжающейся войны. Он сказал мне, что у него нет намерения возвращаться на Ближний Восток, чтобы жить там, но обещал посетить меня однажды в иракском Курдистане.

Я был очень рад, что встретил Али. Не только потому, что он оказался интересным рассказчиком, но и потому, что у меня появились новые друзья. Али стал моим единственным курдским другом в Южной Америке. Мы пожали друг другу руки и пообещали поддерживать контакт, и я сказал ему, что я хотел бы видеть его каждый раз, когда приеду в Кито. Я сказал: "Худ Хафиз!" и мы расстались.

Раид Асад Ахмед, "Rudaw"

Теги: Эквадор, Кито, курды, Сирия, Иракский Курдистан, Сирийский Курдистан, Египет, Раид Асад Ахмед