Сегодня первая годовщина исторического референдума по независимости Иракского Курдистана. Это шаг, который курды считают вехой в современной истории курдской борьбы за свободу. Спустя 12 месяцев политическая ситуация в регионе претерпела серьезные изменения.
7 июня 2017 года большинство политических партий региона Курдистана собрались для создания Высшего совета референдума, а затем объявили 25 сентября днем голосования. Усилия возглавил тогдашний президент Курдистана Масуд Барзани. Все были согласны, что настало время принять решение о судьбе Курдистана: остаться с Ираком или добиваться государственности.
Это было настолько важное и ответственное решение, что международное сообщество, соседние государства и политические лидеры Багдада не верили, что курды приступят к его воплощению. С начала принятия решения и еще за нескольких часов до референдума курдских политических лидеров пытались уговорить отсрочить голосование, утверждая, что время проведения референдума выбрано "неправильно".
Но Эрбиль был настроен сделать это, заявив, что политическое сосуществование с Ираком уже невозможно, поскольку иракское правительство нарушило уже 55 статей конституции, связанных с правами народа Курдистана.
"Если мы не можем быть хорошими политическими партнерами, тогда давайте будем добрыми соседями", - неоднократно заявлял Барзани, указывая на добрую волю, стоящую за референдумом, и подразумевая, что Эрбиль ищет не войны, а дружеского развода.
Напряженность между Эрбилем и Багдадом, по сути, началась в 2014 году, когда тогдашний премьер-министр Ирака Нури аль-Малики сократил долю Курдистана в федеральном бюджете Ирака. Давление продолжалось и в течение дорогостоящей войны против "Исламского государства" (ИГ), в которой силы пешмерга Курдистана сыграли решающую роль наряду с силами коалиции, руководимой США.
В период с июня по сентябрь 2017 года увеличилось число дипломатических делегаций, пребывающих в Эрбиль. Президент Барзани почти ежедневно принимал делегации из США, ЕС, стран Персидского залива и Багдада. Но ни одна из них не могла предложить курдам реальную альтернативу референдуму.
В то время в Курдистане проходили огромные митинги в поддержку референдума. Курды диаспоры также сыграли важную роль, организовав митинги в ЕС и в США, в результате чего вопрос независимости Курдистана стал в центре внимания общественности.
Соседние государства, Иран и Турция, были глубоко обеспокоены. Их беспокоило прежде всего то обстоятельство, что миллионы курдов живут на территории каждого из них, и создание независимого Курдистана у их границ может побудить их курдское население добиваться того же.
Администрация США попыталась предложить некоторые варианты компромисса, утверждая, что референдум может отвлечь усилия, направленные на разгром ИГ. Однако курды так и не увидели ни одного варианта, гарантирующего права народа Курдистана.
"Референдум будет проведен вовремя и без отсрочки", так руководство Курдистана отреагировало на давление.
Жители Курдистана были счастливы проголосовать за независимость. Многие из них встали в очереди у избирательных участков еще в ночь на 25 сентября. В день референдума миру было доказано, что никакое внешнее давление не может быть успешным, если изнутри есть единство.
На избирательные участки пришли в общей сложности 3 305 925 человек (72,16% явка). 92,73% из них проголосовали за независимость.
Убедившись в решимости курдов, соседние государства и Багдад объединились, чтобы усилить давление на Курдистан. Они дислоцировали свои армии на пограничной полосе Курдистана и провели военные маневры. Затем последовали запрет Багдада на полеты в аэропорты Эрбиля и Сулеймания, и блокада пограничных пунктов Ирана.
Особую тревогу соседних стран и Ирака вызывало то, что референдум о независимости состоялся также в курдских районах, находящихся за пределами юрисдикции Регионального правительства Курдистана (КРГ), особенно в богатом нефтью Киркуке.
Это привело к широкомасштабной военной операции иракской армии и поддерживаемых Ираном шиитских ополченцев "Хашд аш-Шааби" против пешмерга в Киркуке и на других спорных территориях. Силы пешмерги были готовы отразить нападение, но фракция внутри партии "Патриотический союза Курдистана" (ПСК), заключившая соглашение с Багдадом и Тегераном, распорядилась сдать линию обороны. Ведущие члены ПСК позже подтвердили, что фракция, возглавляемая Лахуром Джанги и Павлом (Бафелем) Талабани, предала пешмерга.
Тем не менее, вблизи Эрбиля пешмерга одержали крупную победу над "Хашд аш-Шааби", которые были оснащены танками "Абрамс", поставленными США, и другим современным оружием. Шиитские ополченцы потерпели поражение в районе Прде, и между противостоящими силами была проведена линия разграничения.
Год, прошедший после референдума о независимости, доказал важность сделанного шага, показав всему миру, что курды не намерены оставаться пешками в руках крупных держав. После референдума Курдистан столкнулись с тяжелыми проблемами, но это не заставит его отказаться от самоопределения.
В недавнем интервью "Аль-Джазире" Барзани сказал, что некоторые люди теперь могут подумать, что референдум был ошибкой, "но я, и еще 3 миллиона других людей в Курдистане, считаем, что это было знаковое, законное и конституционное решение, и это является естественным правом народа Курдистана".
Теги: Иракский Курдистан, Курдистан, Независимость Курдистана, референдум, Масуд Барзани
Переводчик