новостной сайт о событиях в курдском регионе

Дарья Асламова, kp.ru
Турция, к которой раньше у нас многие относились снисходительно, сегодня претендует на роль активного регионального лидера. Спецкор «Комсомольской правды» Дарья Асламова попыталась разобраться в причинах этой удивительной метаморфозы.

КЛЮЧИ ОТ БОСФОРА НАМ НЕ ДОСТАЛИСЬ

«Давно без известий». Именно такую телеграмму должен был дать в 1896 году из Константинополя посол России в Османской империи А. И. Нелидов. Телеграмма послужила бы сигналом к началу исторической военной операции по взятию проливов Босфор и Дарданеллы и захвату Константинополя. «Особое совещание», собранное в Петербурге в июле 1895 года, постановило: «Взяв Босфор, Россия выполнит одну из своих исторических задач, станет хозяином Балканского полуострова, будет держать под постоянным ударом Англию, и ей нечего будет бояться со стороны Черного моря». 35-тысячный российский десант и легендарный Черноморский флот ждали только приказа. Перед ними лежала Османская империя, «больной человек Европы», развалившаяся страна с ее точеной молью славой, ослабленная роскошью и коррупцией, и великий Царьград (он же Константинополь, он же Стамбул), драгоценный камень, золотая мечта российских царей, символ многовековой борьбы креста и полумесяца, корень православной веры и ключ к русской цивилизации. Бесценная земля, где под холмами покоятся черепки исчезнувшей Византии. За такое дело стоило проливать кровь.

Телеграмма «Давно без известий» так и не была послана. Николай II, не обладавший ни мужеством, ни силой характера своего отца Александра III, горячо поддерживавшего военную операцию по захвату Босфора, в последний момент дал отбой. Казалось, Россия потеряла Турцию навсегда. Но уже в ХХ веке большевики, отлично сознавая уникальное географическое положение Турции (страна лежит на стыке Европы и Азии и контролирует единственный морской путь из Черного в Средиземное море), предложили ей «взятку» в десять миллионов рублей золотом (при этом сама Россия в 1920 году умирала с голоду) и почти на такую же сумму вооружений с целью перевести ее на «рельсы мировой революции». Турки ни взяткой, ни оружием не побрезговали, но большевиков «кинули», подписав в 1925 году договор о сотрудничестве с США. В 1952 году Турция стала членом НАТО и главной защитницей южных границ блока от «советской угрозы».

 С распадом СССР направление ветра изменилось, но перепрыгнуть в одночасье от вражды к дружбе оказалось нелегко. Только XXI век принес столь блистательные перемены, что бывшие смертельные враги (между Россией и Турцией было свыше десяти войн) всерьез заговорили о «новой эре в отношениях» и «полномасштабном стратегическом партнерстве». Уровень совместных проектов впечатляет: строительство газопроводов «Южный поток» и «Голубой поток-2», нефтепровода Самсун - Джейхан, сооружение россиянами АЭС на территории Турции, создание нового механизма межгосударственных консультаций - Совета сотрудничества высшего уровня. Пока США, главный стратегический партнер Турции, глубоко увязли в войнах в Ираке и Афганистане, Турция спешит построить золотой мост для возвращения России - энергетического, экономического и политического. Чтобы понять, что сулит и чем грозит нам столь стремительная дружба, нужно четко сознавать, что же такое новая Турция.

В ЕВРОПУ ДАЛЬШЕ СЕНЕЙ НЕ ПУСКАЮТ

В Турции много уличных памятников, монументов и бюстов, изображающих одного-единственного человека - Кемаля Ататюрка. Народ Ататюрка не просто обожает - боготворит! Этот великий реформатор, турецкий Петр Первый, спасший страну от унижения и распада в начале ХХ века, не только сломал прежнюю систему религиозных и политических ценностей, но и сумел наполнить новым «западным» содержанием опустевший сосуд былого великолепия Оттоманской империи. Под ударами его законодательной секиры рухнули наиболее ветхие дубы старого общества: он выкинул на свалку идею многонациональной империи и создал почти однородное национальное государство, изгнав и убив при этом сотни тысяч армян и греков, низложил султана и упразднил халифат, основал республику, покончил с религиозными министерствами, создал светскую систему народного образования, закрыл религиозные суды и заменил шариат швейцарским гражданским кодексом, запретил ношение традиционного головного убора - фески, а также ввел латинский алфавит вместо арабского. Он вспахал тысячелетние пласты затхлого быта и сделал искусственную прививку западных ценностей традиционному восточному обществу.

Однако главная мечта турок - вступление в Европейский союз - так и осталась мечтой. Европа четко дала понять, что ЕС - это христианский клуб, в котором не желают видеть мусульманскую Турцию ни под каким либеральным соусом, а конец «холодной войны» и исчезновение «советской угрозы» внезапно лишили Турцию ее важной роли форпоста западной цивилизации. С другой стороны, исламское возрождение, охватившее страны Ближнего и Среднего Востока, показало Турции, что в мире происходит серьезная перегруппировка сил и, если она не хочет остаться в стороне, ей придется вспомнить о своих исламских корнях.

«В «холодную войну» все было проще: мир четко делился на два лагеря, - говорит политолог Организации международных стратегических исследований Гюнер Озкан. - Сейчас мы живем в эпоху хаоса, где каждый пытается найти свое место. Турция в силу своего географического положения оказалась в горячей точке столкновения цивилизаций, в центре дискуссии между Европой и Азией, исламом и христианством».

Политологи часто называют и Россию, и Турцию разорванными странами, зависшими между Востоком и Западом: в России - вечная борьба славянофилов и западников, православных патриотов и либералов-глобалистов, в Турции - соперничество исламских традиционалистов и светской прозападной элиты. Турки любят называть свою страну мостом между Западом и Востоком. «Однако мост - это искусственное сооружение, которое объединяет два берега, но не является частью ни одного, ни другого, - писал американский ученый Самюэль Хантингтон. - Когда турецкие лидеры применяют термин «мост» по отношению к своей стране, они эвфемистически подтверждают, что она разорвана».

 «Две страны в мире проходят через серьезный кризис идентичности - Россия и Турция, - говорит доцент факультета политических наук Университета Анкары Ташансу Туркер. - Сегодня для нас существуют два Запада. Один - политический Запад, утверждающий свою политическую власть и даже гегемонию. Другой Запад - это система ценностей, и в этом смысле и Россия, и Турция - вполне себе Запад. Но проблема серьезнее. Западная элита не хочет принять Россию и Турцию как часть себя: в европейских интеллектуалах еще слишком сильны русофобия и туркофобия. Что они говорят нам? Вы должны быть как мы и идти нашим путем, только тогда мы признаем вас. Они не желают принимать во внимание исторические, религиозные и социальные различия. Но если вы слепо копируете чью-то модель, вы так и останетесь жалкой копией. А если у вас есть уверенность в себе, вы возьмете все лучшее из чужих примеров, но научитесь критически относиться к ним».

Турция устала десятилетиями сидеть в «предбаннике» Евросоюза. «Мы чувствуем себя глубоко униженными, поскольку отлично сознаем: нас не берут в ЕС только потому, что мы мусульмане, - говорит директор Организации стратегических исследований Седат Лачинер. - Что бы они о нас ни думали, мы европейцы».

«У нас не хватает мужества понять, что мы, как и Россия, - настоящая евразийская страна и в равной степени принадлежим и Европе, и Азии, - говорит научный сотрудник Института принципов Ататюрка Мехмет Перинчек. - Попытка вступления Турции в ЕС - стопроцентно американский проект. И тут важны два аспекта. Первый: Франция и Германия хотели создать серьезный союз, способный конкурировать с США. Американцам это не понравилось, и они упорно навязывают мусульманскую Турцию с 70-миллионным населением христианской Европе с целью разрушить ее единство. Вторая сторона вопроса: США контролируют Турцию, пока та сидит у дверей ЕС, и не пускают ее на восток. Мы застряли в положении «ни туда и ни сюда».

«ЗОЛОТОЕ ЗВЕНО» МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ

В свое время Кемалю Ататюрку удалось сделать немыслимое: превратить турок, женолюбов, лакомок и восточных ленивцев, в нацию талантливых дельцов и блестящих торговцев, одаренных несравненным коммерческим чутьем, в сообщество удачливых людей с выгодным для себя знанием жизни. За несколько десятилетий молодая, набухшая пассионарной энергией страна не только покончила с бедностью, но и сумела вырваться вперед и стать шестнадцатой экономикой в мире. Теперь уже Турция может посмеяться над надменной Европой, погрязшей в долгах как в шелках и теряющей авторитет на мировом финансовом рынке.

«Нам удалось создать очень сильный средний класс, сделавший страну столь успешной, - говорит доцент факультета политических наук Университета Анкары Ташансу Туркер. - С этим классом мы получаем все: успех и в производственной, и в интеллектуальной сфере. Наши молодые люди очень образованны и говорят на нескольких языках. Развиваются не только города, но и деревни в Анатолии, где в глуши можно увидеть фабрики и заводы. Мы импортируем свою продукцию не только в Европу и Россию, но даже в Китай! Вырос и возмужал предпринимательский класс, который теперь ведет бизнес от Австралии до Канады. Как это случилось? Нам пришлось пройти через радикальный процесс модернизации, начиная с 1980-х годов, когда мы пытались интегрироваться в мировую экономическую систему».

Турки ощутили и новую гордость, и легкое головокружение от успехов. На сегодняшний день нет в Евразии ни одного конфликта, в котором Турция не выступала бы посредником, проявляя чудеса такта и скрытой лести. Турецкий министр иностранных дел Ахмет Давутоглу заслужил славу самого подвижного министра в Европе, совершая по шесть визитов в неделю. Турки обожают роль посредника, и понятно почему. При любой разборке третью сторону все участники конфликта пытаются «подмазать». Прибавьте к этому славу миротворца и политический вес.

«Мир сейчас смотрит на Турцию, обретающую серьезные черты регионального лидера, новыми глазами, - говорит главный редактор анкарского отделения газеты «Хабер Тюрк» Мухарем Сарикайа. - Мы выступали посредниками в сирийско-израильском и ливанско-сирийском конфликтах. Мы хорошо сохраняли этническое равновесие в Ираке, налаживая отношения и с шиитами, и с курдами. Турция пытается стать центральным игроком в иранской ядерной проблеме. Был даже проект вывозить обогащенный уран в Стамбул. Мы сумели хорошо сыграть в российско-грузинском конфликте, в котором Турция сделала дружеский жест в сторону России и не согласилась оставить американские корабли в Черном море, сославшись на конвенцию Монтре. Мы в хороших отношениях с Абхазией благодаря мощной абхазской диаспоре, живущей в Турции, но при этом не поругались с Грузией. Мы развиваем связи с Китаем, а также улаживаем отношения между Пакистаном и Индией и Пакистаном и Афганистаном. Президенты этих стран не так давно встречались в Стамбуле. У нас огромная диаспора на Балканах, и мы активно работаем в Боснии и Сербии».

«Да, мы всерьез занялись проблемами Балкан, Кавказа и Ближнего Востока, - говорит директор Международной организации стратегических исследований Седат Лачинер. - Объяснение - нам нужны новые рынки. В пятидесятых годах мы были такими бедными, что не могли купить билет на самолет нашему министру или премьеру. А теперь у нас есть деньги, и мы не собираемся игнорировать ни один конфликт в регионе. Наша официальная политика - «нулевые проблемы с соседями». Пусть другие ленятся, а мы стоим на стратегическом перекрестке и не можем расслабиться».

Медленно, но верно богатая Турция продвигается к границам бывшей Оттоманской империи, очаровывая и опутывая своих бывших вассалов прочной сетью экономических и политических связей.

Окончание в следующем номере.