новостной сайт о событиях в курдском регионе

Россия хотела бы вернуться на тот уровень отношений с Ираком, который был у нее в период до войны в Персидском заливе и, таким образом, воспользоваться преимуществами, которыми она пользовалась ранее. Однако, помимо владения "долей" в энергетическом секторе Ирака и помимо развития торговли оружием, Россия до сих пор не сформулировала общей стратегии в отношении Ирака, хотя общее направление в общем-то не ново.

По состоянию на декабрь 2011 года, американскому военному присутствию в Ираке пришел конец. Чтобы предсказать будущую политику Москвы в отношении Ирака Вы должны рассмотреть эту ситуацию на фоне переговоров между Россией и Ираком, которые имели место в последние годы.

После американской оккупации, большинство дискуссий было сосредоточено на вопросе внутренней структуры Ирака, однако это не имеет жизненно важного значения для России. Во многом потому, что с момента распада Советского Союза, Евразия является основным приоритетом во внешней политике России. Местоположение Афганистана означает, что любая нестабильность там – вызывает интенсивное внимание в России, но это не распространяется на Ирак. Так же, как и в прошлом, политика в отношении Ирака в настоящее время в основном направлена на экономический рост.

В 2008 году Кремль простил 93 % от 12 миллиардов долларов долга Ирака России и подписал соглашение, предусматривающее, что оставшиеся $ 900 млн. долга подлежат погашению в течение 17 лет. В ответ на это, Лукойл получил право вернуться на территорию "Западная Курна", запасы которой оцениваются в 13 млрд. баррелей нефти и которое является одним из крупнейших нефтяных месторождений в Ираке. Более того, в апреле 2009 года Россия и Ирак договорились возобновить переговоры по соглашениям, подписанным до американского вторжения.

В то же время, заявления Нури аль-Малики (Nouri al-Maliki) (иракский премьер-министр) свидетельствуют, что русские компании будут играть важную роль в восстановлении Ирака. Это широко освещалось в русской прессе. Списание долгов Ирака, образовавшихся в советские времена, содержит гораздо больше символизма и это нечто большее, чем просто цифры. На это четко указывает то факт, что когда аль-Малики посетил Россию в 2009 году он заявил, что после списания долгов, русско-иракские отношения теперь могут дальше успешно развиваться.

Сирийская модель для Ирака

Шаги, до сих пор обсуждаемые, напоминают о преференциальном режиме Сирии, который использовала Россия в течение десятилетия после 2000 года, чтобы развивать свои отношения с Ближним Востоком. Стоит напомнить, что отношения между Москвой и Дамаском были в упадке в течение первой половины 2000-х годов, и активизировались после того как Россия списала 73 процента долга Сирии советских времен. Отношения затем стали гораздо ближе и в течение короткого периода, Сирия "вступила" в должность ближайшего союзника России на Ближнем Востоке. Движение России в сторону развития торговых отношений и сторону списания долгов с советских времен направлено на открытие путей для долгосрочного сотрудничества. С другой стороны, поскольку в долгосрочной перспективе влияние США в Ираке в невоенной сфере будет продолжать существовать еще довольно долгое время, движение России может рассматриваться как попытка заявить свои права на долю в «энергетическом пироге».

Ближний Восток является одним из регионов, где произошло резкое снижение влияния России после окончания холодной войны, так что экономические отношения стали единственной опорой для Москвы. Вторая война в Персидском заливе подвела Россию к опасности того, что она может потерять ее самого важного торгового партнера в арабском мире. Хотя она яростно выступала против одностороннего вторжения в Ирак со стороны Соединенных Штатов, она понимает, что защита своих экономических интересов зависит от того, чтобы не разрывать отношений с США, и поэтому она проводит весьма прагматичную политику.

В это время Россия наращивает сотрудничество с Ираком в области энергетики, чем стремится уравновесить США на международной арене, таким образом, она поступает в соответствии со статусом великой державы, который она сама для себя вновь создает.

Перевод: Вячеслав Ливанский