Проходящие в субботу парламентские выборы в иракском Курдистане - событие, которое могло бы сказаться на геополитической ситуации в мире, но не скажется. Ирак они на расколют, Турцию и прочие соседние государства в хаос не ввергнут.
Прежде всего потому, что сегодня у иракских курдов есть лишь две харизматичные фигуры, которые оказывают реальное воздействие на мировую политику. И одна из них - это лидер патриотического союза Курдистана, нынешний президент Ирака 76-летний Джаляль Талабани. Второй - его главный конкурент, 63-х летний Масуд Барзани, лидер Демократической партии Курдистана и глава автономного региона Курдистан, который географически охватывает три северные провинции Ирака - Эрбиль, Дoхук и Сулеймания.
Именно этим политикам (их партиям) почти поровну принадлежат 80 из 111 мест в парламенте Курдистана. Остальные мандаты делят между собой мелкие партии и движения. И никаких сюрпризов не предвидится - фавориты останутся фаворитами, и расклад сил вряд ли изменится.
Сегодня иракские курды не стремятся отделиться от центрального правительства в Багдаде. Независимость им по большому счету не нужна. Тем паче, что один из курдских лидеров стал президентом Ирака. Положение курдов в Ираке сегодня намного лучше, чем у их братьев в Турции, Иране или Сирии. Пережив геноцид Саддама Хусейна, за время правления которого, по словам Джаляля Талабани, было уничтожено 200 тысяч человек, курды превратились из изгоев во вторую по влиянию политическую силу в Ираке после шиитов. Уровень жизни в иракском Курдистане на порядок выше, чем в других провинциях Ирака. После «Бури в пустыне» 1991 года Курдистан стал своеобразным «государством в государстве», на которое юрисдикция Багдада распространялась лишь формально. Поверженный Саддам Хусейн выполнял резолюцию Совета Безопасности ООН ¹ 688, запрещавшую присутствие иракских войск и полеты иракской военной авиации на курдской территории. Тем временем иракские курды вели бойкую торговлю с соседними Турцией и Ираном, что позволяло им весьма сносно существовать.
С точки зрения геополитической иракские курды были и останутся верными союзниками Вашингтона. И не только потому, что именно Соединенным Штатам они обязаны своим освобождением от кровавого диктатора. А потому, что американцы не стали «демократизировать» курдскую политическую элиту, а приняли ее такой, какая она есть, признав легитимность двух ведущих курдских партий и ее лидеров.
Главная проблема курдов сегодня - сохранить внутрииракский политический баланс и не начать междоусобную войну за влияние в Курдистане, как это было не раз и во времена Саддама Хусейна, и до него.
Причиной междоусобицы может стать нефть соседней с Курдистаном провинции Киркук, на которую претендуют и глава Курдского региона Барзани, и «федеральный центр» в лице иракского премьера Нури Аль-Малики. Впрочем, не в интересах Барзани и Талабани ссорится друг с другом и со стоящими у руля в Багдаде шиитскими партиями. Их отношения сегодня можно сравнить с отношениями Ельцина и Шаймиева в начале 90-х годов минувшего века, когда между президентом России и сильным региональным лидером шла тяжба за доходы от нефти и прочие региональные поступления, которые президент Татарстана хотел оставить у себя и не делиться с федеральным центром. Лидер автономного региона Курдистан Масуд Барзани стремится напрямую заключать нефтяные контракты с иностранными партнерами, чему категорически противится премьер Нури Аль-Малики.
Нынешний курдский альянс Барзани и Талабани устраивает не только американцев, но и соседей Ирака по региону - Турцию, Иран и Сирию. Анкара легко находит общий язык с нынешним президентом Ирака, который фактически дал карт-бланш Турции на ликвидацию боевиков Курдской рабочей партии, окопавшихся в приграничных горных районах на турецко-иракской границе. Сам лидер Курдской рабочей партии Абдулла Оджалан отбывает пожизненное заключение в турецкой тюрьме.
Тегеран играет свою игру, но тоже не хочет расшатывать ситуацию. На границе Курдистана с Ираном базируется небольшая радикальная группировка исламистов «Ансар аль-ислам», среди которых боевики из Афганистана, арабских государств и этнические курды. Своей целью они провозглашают «создание исламского государства» и «изгнание американских оккупантов» с территории Курдистана. Группировка активизировалась в Курдистане в 2003 году во время американского вторжения в Ирак, однако в 2005 году вооруженные формирования Талабани и Барзани изгнали фундаменталистов с территории Курдистана в Иран, где они затаились и ждут своего часа.
Сирия, в отличие от Анкары и Тегерана, не предпринимает каких-либо действий в отношении иракских курдов. Ее вполне устраивает нынешний статус-кво. Благо, сирийские курды никогда вслух не требовали для себя какой-либо автономии и не выступали против политики официального Дамаска.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции информационного агентства Trend News
Переводчик