новостной сайт о событиях в курдском регионе

Хавар Абдулрезак, «Рудав» Оборонный эксперт Билл Парк утверждает, что Америка должна сделать больше, чтобы гарантировать курдское самоопределение. Он также говорит, что ДПК и ПСК должны сформировать «одну партию», чтобы представлять избирателей от всех частей региона КРГ. Билл Парк - Старший лектор в Отделе Оборонных Исследований, в Королевском Колледже Лондонского Университета, Великобритания. Он - эксперт по внешней политике Турции и ее политике в области безопасности, а также по иракской политике. Он написал об отношениях между новым правительством Обамы и Турцией и также о турецко-курдских отношениях.

В.: Считаете ли вы, что Бархам Салих - действительно хороший выбор как следующий премьер-министр?
Б.П.: Бархам Салих, по моему мнению, очень хороший выбор. Он - очень опытный политический деятель, с хорошими связями во всем Ираке и с внешним миром, особенно в США и Великобритании. Он вообще осторожен в своих словах, очень уравновешен и разумен в своих суждениях, очень реалистичен и опытен в своем анализе. Он, кажется, вполне понимает трудные обстоятельства, в которых оказались курды Ирака, и знает о необходимости принимать во внимание чувствительность арабского Ирака и соседей Ирака.
В.: Список Горран выиграл 25 мест в парламенте, но они сказали, что не примут правительственных должностей. Что Вы думаете об этом?
Б.П.: В демократии, нормально быть оппозицией. Однако, демократия региона КРГ не вполне развита. Курдистанский Альянс, между ДПК и ПСК, возможно необходим, чтобы гарантировать курдское единство и безопасность и также потому что они в реальности не конкурируют за отдельных избирателей, как имело бы место в `нормальной` демократии - вместо этого, их голоса в значительной степени основаны на местных или племенных факторах, и фактически лишь немногие курдские избиратели выбирают между ними. Список Горран настроен против этой системы и против кумовства, которое она порождает, и пожалуй является более «пан-курдским», чем ПСК или ДПК. Но до тех пор, пока курдские избиратели не станут голосовать по своим проблемам и интересам, а не согласно их региональной или племенной идентичности, демократия в регионе КРГ будет ограничена. В этом контексте, кажется, для списка Горран имело бы смысл войти в правительство, но я вижу, что это скомпрометировало бы их. Они стали бы частью системы сговора, а не ее противниками.
В.: Многие думали, что Нечирван Барзани и ДПК имели возможность сохранить должность премьер-министра, учитывая результаты выборов, где ПСК потерял много мест в пользу списка Горран. Что вы думаете об этом?
Б.П.: Это - очень интересный вопрос. Возможно это - доказательство силы союза ДПК и ПСК, в котором ДПК показала свою готовность разделить власть с ПСК даже при том, что ПСК теперь более слаб. Маргинализация ПСК могла быть опасной. Таким образом эти меры возможно необходимы для КРГ, чтобы показать объединенное лицо внешнему миру, и гарантировать внутреннюю гармонию внутри иракского Курдистана. Конечно, в Северном Ираке так было не всегда. Но в даолгосрочной перспективе это может быть лучше, если список Горран - или любые другие противники союза ДПК-ПСК – получат одинаковое число голосов с ДПК и ПСК. Могло бы также быть лучше, если ДПК и ПСК сольются в единую партию, чтобы обратиться к избирателям от всех частей региона КРГ и стать более «пан-курдскими».
В.: Как вы считаете, означает ли конец власти Нечирвана Барзани как премьер-министра, начало внутренней проблемы для ДПК?
Б.П.:Я надеюсь нет. Но я знаю, что политика в Курдистане, да и в регионе в целом, более фракционная и более персонифицированная, чем имеет место в более развитых демократических государствах. Также возможно, что ДПК готовится к более широкому кризису для курдов Ирака, и возможно предпочитает быть менее «привязанной» к структурам КРГ к Ираку в целом.
В.: По Вашему мнению, каков был бы наилучший будущий пост для Нечирвана Барзани?
Б.П.: Мой ответ аналогичен моему более раннему ответу. Многое зависит от будущего союза ДПК-ПСК, а также от КРГ. Руководство ДПК возможно всегда более, чем ПСК, стремилось к максимальной курдской автономии и возможно менее убеждено в конечной выгоде участия в иракских структурах. Возможно это - преувеличение, но даже в этом случае это, кажется, мне является частью контекста, в котором будет определено будущее Нечирвана Барзани.
В.: Много экспертов, предсказывает мрачное будущее для иракских курдов, особенно в Багдаде, что вы скажете по этому поводу?
Б.П.: Вещи не выглядят слишком хорошо, это точно. Раньше я считал, что Вашингтон не оставит курдов, потому что они доказали, что являются лучшими друзьями США в Ираке, но теперь я намного менее убежден в этом. С другой стороны, я не могу представить ситуацию, в которой Багдад был бы достаточно силен, чтобы вырвать автономию у КРГ, даже если арабский Ирак хотел бы этого. На базовом уровне курды Ирака более легко могут выжить без арабского Ирака, чем они могут выжить и процветать перед лицом враждебности Турции.

В экономическом и иногда политических аспектах своего поведения, турки, кажется, все более и более понимают это и видят возможность для `особых отношений` между курдами Ирака и Турцией. Возможно утверждать что, чем более слаб и шаток арабский Ирак, тем лучше это могло бы быть для курдов Ирака. При сильном и дружественном Багдаде, нельзя сказать, чтобы Анкара и Вашингтон были готовы особо оценить устойчивый и дружественный северный Ирак. Но Анкаре, в частности, придется преодолеть некоторые трудные психологические барьеры, чтобы полностью принять этого вида мышление.
В.: Каково лучшее решение для спорных территорий?
Б.П.: Вы подразумеваете населенные в основном курдами области за пределами КРГ? Ну, по-моему идеальное положение - это самоопределение, но с уважением к меньшинствам. В спорных областях должно быть проведено голосование, и мнение большинства должно уважаться одновременно с уважением к меньшинствам. Однако меньшинства не всегда уважаются, и таким образом они боятся последствий принципа большинства.

Лично, я придерживаюсь немодного взгляда, что иногда необходимо изменять границы и перемещать население, как только сообщества находят, что они больше не могут жить вместе мирно. Это трагично, но это так. Например, я думаю, что международное сообщество должно признать ТРСК на Кипре [турецкий Кипр] - его создание и популяционные движения, связанные с этим, означают, что у вас больше нет коммунального конфликта на Кипре, а греческая сторона никогда не была в состоянии продемонстрировать свое уважение к турецкому меньшинству. Я склонен применять это мышление ко всем таким спорам.

Однако, те, которые проигрывают из-за таких мер, не всегда прощают и забывают - как имеет место с греками-киприотами, или сербскими требованиями по Косову - таким образом сообщества продолжают бороться за спорные территории даже после того, как было перемещено население и изменены границы. Спорные территории могут оставаться спорными, какие бы меры ни принимались. Лучшее решение состояло бы в том, чтобы провести референдумы, и чтобы все стороны соблюдали результаты. Но я не уверен, что все стороны соблюдали бы результаты.

В.: Хочет ли видеть правительство Обамы проблему Киркука решенной?
Б.П.: С моей точки зрения, США были безответственными в своем подходе к северному Ираку с 2003, или даже прежде, когда Анкара предупредила Вашингтон относительно недолговечности единства Ирака. Вашингтон предпочел спрятать голову в песок. То, что теперь хотят США – умыть руки в Ираке, и они признают, что проблема Киркука - одно из главных препятствий к достижению этого. Но для Вашингтона, «решение» может означать не больше чем возможность уйти без слишком большого затруднения, это не обязательно требует долгосрочного и устойчивого результата - хотя это конечно было бы для американцев предпочтительнее. Я полагаю, что США должны сделать больше, чтобы гарантировать курдское самоопределение, включая Киркук. Они должны были больше сотрудничать с Турцией с 2003 года, но также они должны были оказать давление и убедить Турцию иначе интерпретировать их собственные жизненные проблемы относительно Киркука конкретно и иракского курдского самоопределения вообще.
В.: В курдском лагере есть чувство, что правительство Обамы пренебрегает курдскими интересами, что вы думаете об этом?
Б.П.: С моей точки зренияс США пренебрегли курдами прежде, чем Обама пришел к власти. Обама прежде всего хочет уйти из Ирака так быстро, и так мирно, как это только можно, и долгосрочное благосостояние курдов вторично для их цели. С другой стороны, его правительство, действительно кажется, понимает, что отношение Турции также крайне важно, и в этом смысле я думаю, что оно на верном пути. Оно, кажется, призывают и Турцию и Эрбиль улучшить их взаимоотношения. И для Турции и для курдов я думаю, это - лучший подход.
В.: Между Малики и лидерами КРГ есть много проблем; как вы думаете, они могут решить свои разногласия как раз к заключению союза для следующих выборов?
Б.П.: Нет. Я думаю, что Малики - иракский арабский националист и предпочел бы минимизировать курдскую автономию больше, чем курдское лидерство было бы готово.
В.: Недавно резко улучшились отношения между КРГ и Турцией. Как вы думаете, каковы были причины?

Б.П.:Турция все более и более понимает, что иракский Курдистан имеет много что предложить в области экономики, важен в отношении проблемы PПK, и мог быть полезным буфером против хаоса в арабском Ираке. Они также понимают, что КРГ, или что-то вроде этого, установится в любом случае. Все это в психологическом отношении трудно для них, и в Турции есть другие тенденции, но вообще говоря их мышление расширялось по мере того, как их так называемые «красные линии» пересекались одна за другой.

Кроме того, большую часть экономического и социального взаимодействия между турками и иракскими курдами осуществляло не турецкое государство. Это произошло по большей части спонтанно, что Анкаре в известной степени оказалась перед рядом экономических и социальных реалий, с которыми она учится справляться. Я чувствую, что эти отношения одинаково важны и для Анкары и для Эрбиля, что эти отношения процветают. Также стоит отметить, что политическая оппозиция в Турции обвинила турецкое правительство в потакании США в ее недавнем «курдском открытии». Все, что я сказал бы, - то, что именно в американских интересах, чтобы Анкара и Эрбиле учились жить вместе и сотрудничать.

В.: Думаете ли вы, что РПК станет жертвой этих отношений?
Б.П.: Да. Я не думаю, что это было бы плохо. Иногда политический процесс должен заменять боевые действия. Возможно, время для этого пришло и в Турции. ДТП должна быть признана и принята как демократическое выражение курдской идентичности и стремлений в Турции, и Анкара должна действительно открыться к ней. PПK, возможно, была необходима исторически, чтобы поместить курдскую проблему на карту, но сегодня ее воздействие может прежде всего усилить ястребов Турции, разжигать межобщинную напряженность в Турции, и оказывать давление на лидерство КРГ. Это служит ничьим интересам, меньше всего курдов Турции. Но также неизбежно, что ястребы Турции также будут жертвами этих новых событий. Они и PПК нуждаются в друг друге.

В.: Что Вы думаете о плане Турции преобразовать курдские части Туцрии?
Уже не впервые кажется, что Турция движется в этом направлении, такое было и в прошлом, но из этого мало что выходило. Но нужно надеяться, и ныне есть причины надеяться. Правительство АКП представляет много курдских избирателей. Оно в меньшей степени находится в ловушке прошлого и предыдущего подхода Турции к проблеме. ЕС и США хотят видеть положительное движение в Турции по курдской проблеме. Курдам нужно дать возможность избежать культурного гетто и экономической бедности, на которую осуждены так многие из них. Турция всегда должна была видеть себя многоязычной и многонациональной, хотя я понимаю, почему это было трудно исторически. Прежде всего, Турция нуждается в этом, для ее собственного продвижения и развития, чтобы достигнуть большей внутренней гармонии, и для ее международной репутации. В Турции есть уверенные силы, и они должны быть поощрены. Но турки могут иногда быть лучше в идеях и при раздаче обещаний, чем при осуществлении их!