Уже не удивительно, что всякий раз, когда обостряется ситуация на Ближнем Востоке, активизируется и политизируется «курдский вопрос». Можно без преувеличения сказать, что курдский вопрос является индикатором для определения состояния политической ситуации в регионе. Для того чтобы понять, почему так происходит, достаточно бросить беглый взгляд на этническую карту Юго-Западной Азии.

Курдская проблема сложно и многоаспектна по самой своей сути. Здесь в одной точке сошлись противоречия собственно национального, а также локального, регионального и международного уровней, что и обусловило чрезвычайную сложность курдского вопроса и огромные препятствия, встающие на пути любых попыток его решения. Один из важнейших аспектов курдской проблемы является разделенность курдского народа, живущего сегодня в целом ряде сопредельных государств - Турция, Иране, Ираке и Сирии. Курдской районы носят соответственно названия Северо-Западный. Восточный, Южный и Юго-Западный курдистан, кроме того, курды, живут за пределами их этнической территории: в странах Арабского Востока, Центральной Азии, Кавказа, Западной Европы.

Дело в том, что курды - один из крупнейших этносов этой части планеты. По некоторым оценкам, они проживают на территории около 400 тыс. кв. км, т.е., территории, в сумме превышающей площади Ирака и Сирии или составляющей более двух третей площади Турции и чуть меньше половины иранской территории. Курды являются внушительным этническим меньшинством в государствах, которые десятки лет формировали политический климат в регионе. Вот почему долгие годы именно курдская проблема составляет один из самых уязвимых участков в региональной политике. По весьма приблизительной оценке его население к настоящему времени превышает 30 миллионов. Таким образом, курды - крупнейшее национальное «меньшинство» в Западной Азии и самая многочисленная нация в мире, не получившая права на национальное самоопределение.

Наличие курдской проблемы, тем временем, не означает наличия какого-то скоординированного плана или планов по ее решению. Это наглядно демонстрирует всю сложность проблематики и отсутствие консолидированного подхода к ней со стороны, как региональных игроков, так и мировых центров силы.

Вот и на сей раз очередное обострение курдского вопроса грозит серьезно осложнить ситуацию в регионе, где и без того много проблем. Но для того, чтобы попытаться разобраться, что в себя включает понятие «решение курдского вопроса», следует попытаться выяснить, что же на самом деле представляет собой «курдский вопрос».

Главная особенность геополитического положения Курдистана состояла в том, что он всегда занимал пограничное положение, находясь на стыке двух или нескольких государств (Римской, Византийской, Османской империи, Арабского халифата, Ирана). Благодаря этой особенности этносоциальное развитие курдов всегда протекало в исключительно неблагоприятных условиях политической разделенности этноса государственными границами.

Курдистан из-за своей географической близости к СССР рассматривался на Западе как естественный антисоветский плацдарм, а его основное население - курды в силу своей общеизвестной традиционно прорусской и просоветской ориентации, как естественный резерв Москвы в случае возможных осложнений на Ближнем Востоке, народы которого усилили борьбу против империализма и колониализма. Поэтому к курдскому национальному движению тогда на Западе относились с подозрением или прямо враждебно, а к антикурдской шовинистической политике правящих кругов ближневосточных стран - союзников стран НАТО и членов его ближневосточного ответвления - Багдадского пакта (потом СЕНТО) благосклонно. По этой же причине в Советском Союзе относились к зарубежным курдам как к потенциальным союзникам и неофициально поддерживали левоориентированные курдские движения и партии, такие как возникшие сразу после войны «Демократическая партия Иранского Курдистана» (ДПИК), «Демократическая партия Курдистана» (ДПК) в Ираке и их аналоги примерно под тем же названием в Сирии и Турции.

Когда некоторые аналитики подходят к рассмотрению проблемы курдского этноса как к некой единой проблеме, они совершают некоторую ошибку. Курды, проживающие сразу в четырех странах региона, очень разобщены. Эта разобщенность существует уже долгие десятилетия, если не столетия. С начала прошлого века, когда западные курды были частью единой Османской империи и жили одной общиной, прошло столько времени, что воспринимать их как народ со сходными проблемами и общими целями практически невозможно. Иранские же курды вообще формировались как отдельный субэтнос по причине того, что Иран всегда соперничал с Турцией за лидерство в регионе и большую часть истории находился с ней в состоянии войны.

Если посмотреть на ситуацию через призму взаимоотношения всех четырех государств, то ситуация будет выглядеть еще более сложной. Дело в том, что все четыре государства имеют друг с другом весьма сложные отношения. Так было всегда, а в последние десятилетия, за исключением отдельных эпизодов, они и вовсе обострились. Так, после прихода к власти в Ираке Саддама Хусейна между Ираком и Ираном вспыхнула война, в которой, кстати говоря, с обеих сторон принимали участие курды. Иранская исламская революция сделала невозможным развитие отношений Ирана с натовской Турцией. Между тем, сама Турция долгие годы выделялась среди стран региона своими особыми отношениями с Израилем. Этот факт на долгие годы омрачал ее отношения с арабскими соседями Сирией и Ираком. Помимо этого, Сирия время от времени выдвигала Турции территориальные претензии, а отношения с Ираком то и дело осложнялись в связи с положением иракских (киркукских) турок (туркмен), притесняемых Багдадом. Что же касается взаимоотношений Сирии и Ирака, то, несмотря на то, что у власти в обеих странах находилась одна партия - БААС, в силу ряда идеологических расхождений, а также из-за соперничества за лидерство в регионе между Багдадом и Дамаском существовала длительная вражда.

Вообще, нельзя не отметить, что политическое состояние вопроса о курдском самоопределении не исключает и вариант распада Ирака и независимости Курдистана. Усиление роли курдов в центральных органах Багдада защищает их как от попыток реванша арабских элит внутри страны, так и от вмешательства соседних государств. В противоположность этому, гипотетическая независимость Иракского Курдистана чревата сложностями как экономического плана (Курдистан, как известно, не имеет выхода к морю), так и внешнеполитической уязвимостью. Тем не менее, ситуация в Ираке остается неопределенной, и нельзя исключать варианта, что Курдистан получит независимость даже вопреки желаниям самих курдов. Нельзя забывать, что Ирак в современных границах является образованием, искусственно созданным из трех разнородных территорий: шиитского юга, суннитского центра и курдского севера. До сих пор единственным связующим звеном между ними была авторитарная диктатура арабско-суннитского меньшинства.

Современные события показывают, что американцам, при всем их старании, трудно будет создать себе практическую опору в арабском обществе Ирака. В то время, когда на юге господствуют фундаменталистские настроения - сунниты, превратившиеся теперь в обыкновенное меньшинство, очевидно, никогда не простят американцам утраты господствующей роли в государстве. В этом отношении можно сделать вывод, что, чем более антиамериканскими будут центр и юг - тем сильнее будут американцы ставить на лояльный им курдский север. Вопрос о независимом Курдистане, как «запасном плане» для Вашингтона, уже открыто обсуждается в американской прессе.

Можно сказать, что курдское национальное движение уникально - нет даже тени стремления к политической реформе. Основные политические партии, как и сорок лет назад борются со своими политически противниками, получая помощь от их врагов. Даже события последнего десятилетия серьезно не повлияли на общую картину.

Легко спрогнозировать, что курдская проблема, приобретая глобальный характер, будет все более и более обостряться, вовлекая в свою орбиту все больше участников, поэтому уже сегодня становится актуальной задача поиска путей решения этого застарелого конфликта.

Курдская проблема в начале третьего тысячелетия приобретает характер крупнейшей гуманитарной катастрофы на нашей планете. Речь идет о чудовищной дискриминации, ведущей к уничтожению одного из древнейших этносов, носителей богатейшего культурного наследия. Решение этой мировой проблемы - вот широкое поле деятельности для многочисленных правозащитных организаций. Вот где можно приложить усилия мирового сообщества, в том числе международных организаций, для реализации провозглашаемых принципов защиты прав человека и национальных меньшинств. Как известно, право любого народа свободно осуществлять свое экономическое, социальное, культурное и политическое развитие декларировано резолюциями ООН и не подлежит обсуждению. К сожалению, ООН не слишком настаивала на его претворении в жизнь ни тогда, когда в Турции запрещался курдский язык, ни тогда, когда Саддам Хусейн травил курдов газами. Однако в настоящее время реально создалась ситуация, когда ООН может и должна приложить все усилия для гармонизации и демократизации национальной ситуации в Ираке.

Вместе с тем жизнь много кратно доказала полную бесперспективность решения национально- этнических конфликтов силой. И для нормализации ситуации в курдистане необходим поиск согласия, компромисса между всеми заинтересованными сторонами, что, естественно, потребует длительного времени. А главное способность курдских политических сил правильно оценить реально складывающуюся в конкретный исторический момент ситуацию и определить соответствующие ему задачи.

При этом, однако, не следовала бы полностью исключить и такой перспективы, как попытка определенных сил в курдистане ( самостоятельно либо совместно с курдскими регионами в сопредельных странах) осуществить {исторический прорыв к независимости } в случае возникновения благоприятных для этого международных условий. Такая ситуация теоретически может создаться, если, в силу тех или иных причин, произойдет существенная дестабилизация в регионе Ближнего и Среднего Востока.

Литература:

1. Лазарев М.С. Южный курдистан и истории и политике/южный курдистан сегодня. М., 1997.

2.     Минасьян С. Анализ и современное состояние израильско-турецкого военно-политического сотрудничества в контексте курдской проблемы и региональных политических процессов
3.     Харламов И. Несломленный дух курдов.
4.     Харламов И. Курдский вопрос в 21 веке // Государство и право 2000. ¹1.

5. Хошави Бабакр.Курдистан:перспективы курдской государственности, М., 2004.

//////

Статья опубликовано в журнале (Кавказ наш общий дом), Ростов-на-Дону.17-19 сентября 2009.

еще в рубрике