Баки Барзани
Каковы причины и цели внешней политики Ирана в период после вторжения в Ирак? Многие ученые видят смысл политики Ирана в стремлении к достижению национальных и региональных интересов, считая, что эта политика главным образом наступательная и идеологическая. После падения режима Саддама Хусейна, Иран стремится сформировать и повлиять на постсаддамовские политические структуры в свою пользу, хотя Тегеран провозглашал политику дружественных отношений с Ираком и гуманитарной помощи иракскому народу. Правда, то же правило относится в перспективе и к любому другому актеру.

Стремление Ирана манипулировать иракскими ставленниками проявилось еще до американских военных операций 2003 года. В 1980-е и 1990-е, Иран помогал организовать и финансировать предшественника ВСИ, Верховный совета исламской революции в Ираке (ВСИРИ), и его корпус милиции Бадр. Он также работал в тесном контакте с элементами исламской партии Дава и участвовал в обучении и финансировании ее боевого крыла. Иран не может оставаться равнодушным к судьбе шиитского населения в Ираке.

Иран имеет различные политические, экономические, идеологические и политические интересы в дальнейшей активизации отношений с Ираком. Значительная часть иранской внешней политики по отношению к новому Ираку находится под влиянием бурной истории конкуренции и непропорциональным господством суннитов над природными ресурсами Ирака, потенциала экономической силы и ключевого географического положения. Безопасность Ирана всегда была сопряжена со значительными вызовами со стороны этно-политических разногласий, которые характеризуют иракское государство. Сохранение иракской территориальной целостности перед лицом этих трудностей будет оставаться одной из основных проблем безопасности Ирана. В настоящее время главной целью политики Ирана в период после вторжения в Ирак является сохранение национального единства Ирака и последних нерешенных вопросов: (вопрос о компенсации за войну, и затем Алжирский договор 1975 г.). Для Ирана имеет важное значение, каким образом будущее иракское правительство будет подходить к этим вопросам.

Хотя Иран предпочитает децентрализованную форму правления и автономию шиитов на Юге - аналогичное курдскому автономному региону Курдистан, но для того чтобы поддерживать свои позиции во внутренних делах и политике, Иран категорически против фрагментации Ирака, даже если это означает создание независимого шиитского клерикального государства, опасаясь поляризации внутри своего собственного населения.

Малики сохранил хорошие отношения с Тегераном и иранскими лидерами во время своего премьерства, в частности, верховным лидером Ирана аятоллой Али Хаменеи. Укрепил отношения настолько, что в преддверии выборов, аль-Малики посетил Иран четыре раза чтобы провести консультации по основным вопросам, а также подписал соглашения. Визиты: 13-14 сентября 2006 года, в результате которых были подписаны соглашения о пересечении границ и обмене разведывательной информацией; 8-9 августа 2007 года, в результате которого подписано соглашение о строительстве трубопроводов между Басрой и иранским городом Абадан для транспортировки нефти и нефтепродуктов (завершен 8 ноября 2007); 8 июня 2008, в результате подписано соглашение о разминировании и поиске солдат ирано-иракской войны, пропавших без вести, а также 4-5 января, 2009, в первую очередь чтобы объяснить Ирану положения пакта между США и Ираком, а также продолжать усилия Ирака по закупке электроэнергии в Иране. В марте 2008 года президент Ирана Махмуд Ахмадинежад стал первым иранским президентом, который посетил Ирак со дня Исламской революции 1979 года. Президент Ирака Джаляль Талабани только что вернулся из Ирана, где участвовал во встрече глав государств, празднующих Навруз. По состоянию на январь 2010 года две страны подписали свыше 100 экономических соглашений и соглашений о сотрудничестве. По некоторым оценкам, объем двусторонней торговли между двумя странами превысил в 2009 г. четыре миллиарда долларов.

Начиная с 2003 года, большинство иракских шиитских лидеров, парламентариев и министров, поддерживали тесные связи с иранским режимом. Лидер крупнейшей в Ираке шиитской партии, Аммар аль-Хаким, говорит, что Багдад не позволит обусловливать улучшение связей с соседними арабскими государствами за счет теплых отношений с Ираном. Министр иностранных дел Ирака Хошияр Зибари заявил министру иностранных дел Ирана Манучехру Моттаки на пресс-конференции в мае 2006 года, что Ирак признает право Ирана на мирные ядерные технологии.

Хамид Реза Дехгани, директор мозгового центра Персидского залива и Ближнего Востока в министерстве иностранных дел, пишет: основные стратегические преимущества в отношениях между Ираном и движениями шиитов - "создание нового поколения дружественных элит на уровне государства , которые не имеют чувства враждебности по отношению к Ирану ". Шиитское правительство в Ираке, по мнению автора, является "поворотным пунктом" в оживлении "шиитского фактора" в центре внешней политики Ирана.

Это в точности перекликается с повесткой дня американской администрации, устанавливая тот факт, что Ирак превратился в поле боя за влияние между иностранными державами. Контроль над иракской нефтью и энергетическим рынком, утверждение прозападного или, про-восточного дружественного марионеточного режима и сдерживание любых сепаратистских стремлений являются единственными целями держав-благодетелей на региональном и международном уровнях.

Никакое укрепление связей между Ираком и Ираном не может процветать без прямого участия и вовлечения курдов. Любые военные, политические и коммерческие отношения между двумя странами, безусловно, воздействуют также и на Курдистан. Последний визит Нечирвана Барзани к турецкому министру иностранных дел и другим высокопоставленным турецким чиновникам свидетельствует об этой реальности. Соседние страны сделали вывод, что без прямого диалога и сотрудничества с курдами, многие их проблемы не могут быть решены.

Учитывая ненависть США к иранскому радикальному теократическому режиму, их длительное противостояние распространению ядерной программы Ирана, мировые глобальные санкции и изоляцию, им необходимо заново выверить свою позицию и связи с Ираном. Поддержание добрососедских отношений с какой-либо соседней страной крайне необходимо для политики Курдистана, его безопасности и экономического процветания, а дальнейшее дистанцирование от некоторых из наших западных союзников еще более дорого и губительно для наших интересов.

В совместном заявлении в сентябре 2008 года министр иностранных дел Зибари выступил с заявлением вместе с министрами иностранных дел Совета сотрудничества стран Залива (GCC), Египтом, Иорданией и Соединенными Штатами Америки, призывая Иран гарантировать, что он не стремится к обладанию ядерным оружия и вновь повторяет обязательства Договора о нераспространении и готов в полной мере сотрудничать с МАГАТЭ. ]

Абсолютное овладение Ираном оружием массового уничтожения и ракетным потенциалом большого радиуса действия, если не ограничить его, может быть использовано против интересов США в Ираке в случае войны и распада, создав угрозу региональной стабильности, в первую очередь Курдистана . Именно западные страны, прежде всего Соединенные Штаты, по некоторым основаниям свергли Саддама, а не иранский режим, который сверг Мехабадскую республику. Курдскому региональному правительству необходимо по-новому оценить свои связи с непостоянной Исламской Республикой Иран.