новостной сайт о событиях в курдском регионе

А.А. Джакар,  Институт Ближнего Востока
В самый разгар событий вокруг инцидента с «Флотилией свободы» 3 июня с.г. президент Курдистанского региона Ирака и лидер Демократической партии Курдистана (ДПК) Масуд Барзани посетил Турцию с визитом, в ходе которого встретился с высшим руководством страны. На фоне этого события боевики Рабочей партии Курдистана (РПК) продолжают нарушать режим прекращения огня и активизируют военные действия против Турции. Все это происходит в условиях повышения рейтинга главной оппозиционной Народно-республиканской партии, споров вокруг конституционных поправок и новой волны арестов по делу «Эргенекон». В настоящей статье сделана попытка выявить стержень намерений турецких властей с учетом их последних внутри- и внешнеполитических инициатив, вокруг которых и развернулась вся эта «суета».

“В настоящее время для турецкой внешней политики характерны: «чувство собственного достоинства», «четкая стратегия», «активность» и «широкая сеть адекватных инструментов»” – считает аналитик турецкого научно-исследовательского центра «Стратегическое измерение» Махмут Акпынар. В целях достижения успехов во внешней политике, по его мнению, турецким руководством решаются внутренние проблемы с учетом того, что «рациональная внешняя политика» способна, в свою очередь, внести серьезный вклад в решение внутриполитических проблем. Наглядным примером сказанному является связь иракской политики Турции с «демократическим (курдским) прорывом» внутри страны.

Если бы Турция не изменила свою иракскую политику и не стала строить свои отношения с этой страной в рамках более широкой перспективы, то, очевидно, не было бы и необходимости в привлечении новых методов к решению проблемы борьбы с терроризмом. Внешняя политика оказала воздействие на внутреннюю и способствовала проведению в стране внутриполитических инициатив. А те результаты, которые достигаются путем осуществления тактических задач «демократического прорыва» внутри страны, улучшают положение Турции на международной арене: государство приобретает доверие со стороны ближневосточных стран, особенно Ирака, и более уверенные позиции в диалоге с Европейским союзом. В контексте сказанного обращают на себя внимание и наблюдаемые в последнее время опасения западных стран по поводу дальнейшего внешнеполитического курса Турции.

В последнее время в научных кругах Турции все чаще стали звучать мнения о недопустимости равнодушия турецких властей к событиям в Северном Ираке. Этот район, по мнению многих турецких политологов, является «естественным географическим продолжением Турции» и поэтому, считают они, «ничто не может оправдать безразличие турецкого руководства к этим территориям». Похоже, что турецкое руководство, учитывающее влияние террористических угроз внутри страны на внешнеполитическую деятельность Турции, решило кардинальным образом изменить геополитическую ситуацию в свою пользу. С другой стороны, заслуживает внимание тот факт, что почти 70 % иностранных инвестиций в Курдистанском регионе приходится на турецких предпринимателей. Турция представляет собой для курдской автономии в Ираке «мост», позволяющий экспортировать энергоресурсы Месопотамии в Европу. Через турецкую территорию иракским курдам предоставляется возможность интегрироваться в мировую экономику. Не следует забывать и о туркоманах, проживающих на территории Северного Ирака, и в защиту которых регулярно выступают турецкие лидеры. Также следует добавить, что в условиях формирования турецко-ирано-сирийского треугольника руководство Курдистанского региона вынуждена идти на более тесное сотрудничество с Турцией. Особенно это стало проявляться после того как была объявлена дата ухода американских войск из Ирака. Все это ведет к поэтапному формированию общих турецко-курдистанских интересов, в защиту которых необходимо не только многоплановое стратегическое партнерство, но и более близкие отношения на уровне, например, конфедерации или даже федерации, но в более отдаленной перспективе.

В марте с.г. в ходе визита турецкого министра иностранных дел Ахмета Давутоглу в Северный Ирак в Эрбиле было открыто турецкое консульство. Это событие заметно улучшило отношения между Турцией и Курдистанским регионом и отразилось на последнем визите М.Барзани в Анкару, в ходе которого Турция представила президенту Курдистанского региона новый отчет о деятельности РПК на территории Северного Ирака. Этот шаг был предпринят турецким руководством для доказательства того, что увеличение числа терактов РПК в Турции связано с продолжающейся деятельностью боевиков в горных районах Северного Ирака. Тем самым Анкара попыталась подтолкнуть союзников к более существенным и результативным действиям против курдских сепаратистов.

В отчете, подготовленном турецкой Службой национальной разведки (МИТ), говорится, что РПК предпринимает шаги для обеспечения своего постоянного присутствия в регионе. Указывается на то, что вслед за уничтожением в 2008 г. турецкими военными целого ряда баз РПК курдским боевикам удалось восстановить свою инфраструктуру в районах их активной деятельности. Кроме того, по данным МИТ, боевики РПК начинают поселяться в городах Северного Ирака, однако ни США, ни руководство Курдистанского региона в настоящий момент не планируют никаких конкретных шагов по полному уничтожению сепаратистов. Вашингтон, по мнению турецких властей, не идет дальше риторики, ограничившись сотрудничеством с Турцией по вопросам «недостаточного» обмена разведданными. В свою очередь М. Барзани дал понять, что трансграничной военной операцией турецкому руководству не удастся изгнать РПК из территории Северного Ирака. В связи с этим он посоветовал активизировать усилия по «демократическому прорыву» и попытаться уговорить курдских сепаратистов сложить оружие. Тем не менее, курдский лидер выразил готовность оказывать Турции всяческую поддержку в ее борьбе с боевиками РПК.

Следует отметить, что в последнее время число нападений курдских боевиков на турецких военных на самом деле заметно увеличилось. В ответ на это в Турции в настоящее время развернулась крупномасштабная операция против РПК. Такое развитие событий указывает на то, что за участившимися терактами, наверняка, стоят определенные мощные силы, которые пытаются донести кое-что до турецкого руководства. С учетом такого положения дел вроде как проясняется связь между терактами и инцидентом с «Флотилией свободы». Заключается она, по нашему мнению, в следующем: проведение демократических инициатив в рамках «курдского прорыва» в условиях растущего рейтинга нового лидера НРП Кемаля Кылычдароглу и усиливающейся в стране критики в адрес действующего премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана не представлялось возможным. В том числе поэтому турецкие власти позволили активистам турецкой общественной организации «Фонд гуманитарной помощи» провести «гуманитарную акцию» с декларируемой благотворительной целью – «помочь жителям Газы избавиться от эмбарго». Следует отметить, что кровавых последствий турецкое руководство не ожидало и совершенно не было к ним готово. Об этом свидетельствуют разногласия, возникшие между основными опорами правящей Партии справедливости и развития: сторонниками «Национального взгляда» и нурсистами. В результате перехвата израильским спецназом турецкого судна «Мави Мармара» и гибели девяти участников акции, в т.ч. восьми граждан Турции внимание турецкого общественного мнения почти целиком было приковано к событиям у берегов сектора Газа. Наступил самый подходящий момент для приглашения М.Барзани для обсуждения вопросов дальнейшей интеграции, а также для продолжения внутриполитических реформ. Вот лишь часть проделанной за этот небольшой промежуток времени работы: произведены новые аресты подозреваемых по делу «Эргенекон»; сделаны «критические выпады» против судебной системы страны и высказаны упреки в «ненадежности» судебных органов; турецким парламентом одобрен законопроект, открывающий Р.Т. Эрдогану путь к должности президента страны.

Подводя итоги, следует сказать, что если раньше в условиях регулярных террористических атак и иракской войны существовала угроза территориальной целостности Турецкой Республики, то в настоящее время в научных кругах Турции активно ведутся дискуссии о возможном включении Северного Ирака в состав турецкого государства. Именно поэтому, на наш взгляд, и нужны конституционные реформы, демократические прорывы, новые определения турецкой нации и переход от традиционных ататюркских принципов устройства унитарного национального государства к основам нового многонационального федеративного государства с президентской формой правления.