новостной сайт о событиях в курдском регионе

Интервью Вирья Рехмани, "Курдиш  Глоб"
    В.:Каково значение курдского вопроса в Ираке и Ближнем Востоке в политике, особенно в контексте процесса демократизации?
  С.А. После распада Османской империи и, как следствие, образования Ирака, Ирана, Сирии и турецких границ, курдский вопрос был одним из центральных вопросов в регионе. Курдский вопрос получил не столь широкое распространение, как палестинский вопрос, за исключением насилия и драматических событий в курдской истории. В то время как палестинский вопрос связан с тремя монотеистическими религиями, что делает его важным для всего мира, курдский вопрос находится на перекрестке народов и стран, между турок, арабов и персов, и трех географических зонах: Анатолии, Ирана и Месопотамии. Курдистан является экономически важным, как нефтедобывающая область и охватывает истоки рек Тигр и Евфрат. Пока есть курдский вопросом, Ближний Восток не может жить в условиях стабильности и мира. Государства, которые занимали курдские районы поняли это, и решили, что лучший способ устранить курдский вопрос заключается в устранении курдов.
  К счастью, у курдов есть несколько путей, чтобы обеспечить собственное выживание. Курдского населения от 25 до 30 миллионов делает их трудно подавляемыми. Во-вторых, горы обеспечивают естественную крепость, чтобы защитить курдов, делая правдивой старую пословицу: "Горы - единственные друзья курдов". Курды традиционно независимы, и противостоят контролю центральных властей. Поскольку  курды разделены между четырьмя государствами, это делает трудным для этих государств, объединить свои силы против курдов. Соседние государства постоянно используют курдов в качестве пешек в своем соперничестве. Хотя это не позволяет курдам объединиться в единое движение, но это позволяет политическим партиям и вооруженным силам находить убежище за границей.
  В.:Каким вы видите положение курдов в Турции?
  С.А. Ситуация курдов в Турции несравненно лучше, чем она была на протяжении десятилетий, несмотря на проблемы с которыми они сталкиваются. Со времени основания Турецкой Республики, Турецкий Курдистан был местом страшных массовых убийств, сопоставимый с Анфалем; Араратское восстание в 1930 году, Дерсимские репрессии в 1938 году, "грязная война" в 1990-х годах. Сегодня, насилие и депортации существенно снизились в то время как Анкара старается следовать Копенгагенским критериям в ее стремлении вступить в Европейский союз. Но потери были тяжелыми. В Иракском Курдистане, почти 4000 деревни были разрушены в 1990-х годах, и миллионы курдов были перемещены в трущобы или пригородные районы, в результате чего существуют экономические трудности. Хотя около 40 тысяч человек погибли, гораздо больше пострадали психологически, и физически.
  Кроме того, хотя в случае с Ираком никогда не было официального и полного отрицания курдской реальности, история и существование отрезала два или три поколения от своих корней и истории. Использование курдского языка и его преподавание по-прежнему являются проблемой в Турции, несмотря на недавние терпимые законы. Письмо и чтение на курдском языке по-прежнему предмет повседневной борьбы.
  Однако, порог перейден, и возврат невозможен. Я хорошо помню, что мой первый разговор на курдском языке произошел в Стамбуле, в ресторане, с официантом из Бингеля. Он был расстроен тем фактом, что во Франции, студенты могут изучать курдский, как любой иностранный язык. "То, что они говорят нам, все неверно! У нас есть язык и алфавит", сказал он. В настоящее время этого не произойдет. С распространением курдских СМИ, телевидение, газет, книг, Интернета, курды в Турции уже не считают, что они просто "горные турки". Турция не имеет другого выбора, если он хочет демократии, чем принять своих курдов, или отделить их.
  В.:Каким вы видите положение курдов в Ираке?
  С.А.Очевидно, что положение курдов в Ираке, в настоящее время является лучшим во всем Курдистане, особенно в пределах Курдистанского региона. Конечно, политические препятствия остаются, и курдам не стоит почивать на лаврах. Ни одно государство не согласится добровольно на автономный Курдистан, не говоря уже о независимости. Но сейчас они вынуждены были признать автономию.
  Поскольку они не имеют выхода к морю, курдам необходим "политический зонтик" Ирака, по крайней мере на некоторое время. Их шансы, что Ирак, после падения режима Баас, слабое государство, даже призрачное государство. Несмотря на внутренние противоречия, которые также являются признаком демократии, курды объединяются, когда им приходится защищать свои интересы в Багдаде.
  В.:У Соединенных Штатов и европейских стран есть какая-то политика или стратегия в отношении курдов как нации?
  С.А.Я не думаю, что любая из европейских стран или США, имеют реальное желание видеть подъем курдов как нации. Они будут рассматривать это как фактор нестабильности в неспокойном регионе. США, которые, начиная с 2003 года, были одной из главных сил, а также арбитром, на иракском поле боя, приняли федеративный Ирак только из-за враждебности арабов. Не имея возможности выбирать своих друзей, они должны относиться к курдам тактично. Кроме того, они не хотят выступать в качестве подстрекателя иракского распада, и ставить под угрозу свой союз с турками. В принципе, после оккупации Ирака у них стратегия по отношению к курдам практически отсутствует. Он действовали, шаг за шагом, по мере того как действительность на местах мешала их планам. Пока что курды умели противостоять давлению и ждали попутного ветра, чтобы использовать его в своих интересах. Например, они отвергли вступление турецких войск в Курдистан, незадолго до нападения коалиции в 2003 году. Это возможно была смущающая конфронтация для США, раскалывавшихся между турками и курдами. Но вдруг, турецкий парламент проголосовал против принятия коалиционных войск в стране, заставив США отказаться от создания второго фронта на севере. С этого момента, турки потеряли свой шанс на военное внедрение в Киркуке.
  В заключение, подъем курдской государственности не является желанием ни США, ни ЕС, но гражданская война и терроризм из Курдистана, заставили их принять курдский регион как самостоятельную область.
  В.:Что вы думаете о Региональном правительстве Курдистана в Ираке и его руководстве?
  С.А.До сих пор курдское правительство умело играть свою собственную игру, с нестабильным Ираком и агрессивной Турцией. Похоже, это безопасное и спокойное место, с большим социальным и экономическим динамизмом. Мы должны помнить, откуда Курдистан начали свой путь к свободе в 1992 году, и масштабы разрушений. Результаты впечатляют. Конечно, они платят за столь быстрые изменения и, возможно, не полностью организованы. Курды имеют экономический бум, толпы иностранных инвесторов, многие современные здания и новый, богатый класс граждан. Между тем, есть еще разоренные деревни, беженцы, бедные люди и сельское хозяйство, которые не вернулись на уровень, бывший до Анфаля. Есть также потребность в инфраструктуре, электричестве и занятости. Парадокс заключается в том, что при огромных процентах государственных служащих среди населения, и большом количестве безработных, Курдистан, привлекает внимание многих рабочих-мигрантов. Это приводит к социальной напряженности, например, между младшим поколением, которое вряд ли пережило войны, и ветеранами, которые обычно вели страну. Все эти напряженные отношения нормальны, может быть неизбежны. Еще один парадокс в том, что сплоченность Курдистана вытекает из его сложного положения, в окружении враждебных соседей. Курды не имеют иного выбора, кроме как оставаться плотно сплоченными. Темные дни войны 1992 года хорошо помнят. Сегодня политические фракции, которая одобряет силу будет, вероятно, отвергнута.
  В.:Как региональное правительство Курдистана в Ираке поможет решить курдский вопрос в Турции?
  С.А.Курдский вопрос в Турции, имеет большое влияние на политические отношения между Анкарой и Эрбилем. На данный момент, я не вижу, чтобы курдскому региональному правительству следовало изменить позицию и тактику, которыми оно всегда пользуется. Позиция такова, что это не является проблемой КРГ, но внутренней турецкой проблемой. Анкара должна мирно урегулировать конфликт с курдами в Турции и, во всяком случае, мы не будем бороться с другими курдами.
  Кроме того, иракский Курдистан предлагает экономические и культурные возможности для курдов из Турции и других стран. Они могут работать, учиться, путешествовать, встречаться с другими курдами, организовывать художественные или общественные мероприятия. В общем, Иракский Курдистан является местом свободы для всех курдов в регионе, поскольку это не вредит международным отношениям в регионе. Давайте помнить, что это единственное место в мире, где курдский язык является официальным языком и имеет историческое влияние на курдские самобытность и культуру.
  В.:Каковы ваши ожидания и советы иракскому КРГ, особенно по отношению к вопросу Киркука и курдских партий в Турции?
  С.А.Вопрос о Киркуке всегда была главным препятствием в мирном процессе между Багдадом и Эрбилем. Но мы не должны забывать о статусе других областей, упомянутых в статье 140 Конституции Ирака, таких, как Синджар, Шейхан и Махмур. Их население также имеет право решать, должна ли быть их судьба в курдском регионе или за его пределами. На данный момент, их будущее заблокировано единственно Киркуком. В настоящее время, кажется, трудно сразу же применить перепись населения и референдум, даже если курдское правительство имеет все основания повторить свое заключение по этому вопросу.
  В идеале, Киркуку потребуется реальная программа по реконструкции, модернизации и развитию инфраструктуры и оказание большей помощи в возвращении беженцев. Но кто может обеспечить это? На данный момент, Киркук не интегрирован в курдский регион, но получает некоторую помощь от Багдада. До тех пор, пока управление Киркука четко не разделено между Багдадом и Эрбилем, эти вопросы останутся без ответа.
  В атмосфере доброй воли, можно было бы рассмотреть возможность временного общего управления провинции, Ираком и Курдистаном, в течение 5 или даже 10 лет. После этого, когда ситуация стабилизируется, может быть реализован процесс статьи 140, что позволило бы общинам Киркука сделать выбор. Она может быть применена ранее к другим спорным районам, как и Синджар или Шейхан, но я сомневаюсь, что эта добрая воля в настоящее время существует между политическими фракциями. Это займет больше времени, может быть, 20 или 30 лет. Там также может быть внешнее давление, например, от США, которые стремятся вывести войска из Ирака как можно скорее, но не оставляя страну в полном хаосе.

    Сандрин Алекси училась в Школе Лувра, окончила в 1993 году в области искусства и цивилизации (специализируется на исламе), получила диплом в области музеологии в 1994 году. Параллельно с этим она изучала курдский язык и культуру в Национальном институте восточных языков и цивилизаций.
  Она путешествовала по Курдистану (Сирия, Турция, Ирак), изучала средневековую архитектуру и работала с местными группами по правам человека, беженцам, политическим заключенным и культурному угнетению. Ее цель заключалась в доведении курдского вопроса до общественного сознания во Франции.
  С 2004 года Алекси основала библиотеку в Курдском институте в Париже и является членом его ученого совета, в отделении философии и религии. Она является одним из редакторов научного обзора ;tudes Kurdes и обозревателем ежемесячного бюллетеня Курдского Института, где анализирует курдские политические, социальные и культурные новости.