Вадим Макаренко, Kurdistan.Ru
Это хорошая новость, что арабы-сунниты стали все чаще и основательнее задумываться о создании собственного федерального региона по образцу Курдистана. С этой идеей выступил Ахмед Дияб ал-Джубари (Ahmed Dhiyab al Juburi), имам из города Мукдадия в провинции Дьялла, где сейчас сложились довольно непростые отношения между местными курдами и арабами.
Это результат выборов этого года и осознания того, что сунниты все же составляют меньшинство и в дальнейшем уже не смогут ни большей политической изощренностью, ни деньгами, ни другими методами вновь занять доминирующие позиции в Ираке. Повторение повестки дня нынешней«Иракийи» на следующих выборах практически невозможно. Поняв, что на общеиракском уровне им не стать доминирующей силой, арабы-сунниты обращаются к 119 статье конституции Ирака и принятому в 2006 году закону об автономных федеральных регионах,которые реально позволяют им защитить свои права на уровне федерального региона, вплоть до создания своих воинских формирований.
Несмотря на то, что«Иракийя», которая шла под лозунгами надконфессионального и надэтнического единства, отвергает идею создания автономного суннитского региона, эта идея постоянно всплывает, поскольку это – единственный способ суннитам защитить свои права.Это понятный и наглядный (если взглянуть на север Ирака) способ получить максимум прав и зашиты этноконфессиональных интересов, в том числе и политических прав и прав человека, в нынешнем Ираке. Ее поднимают не интеллектуалы,а традиционные лидеры арабов-суннитов, менее склонные к рискованным и непонятным (не понятно, на что рассчитывала «Иракийя») экспериментам, какой пытался провести Айяд Аллави, видимо, все же рассчитывавший победить на выборах.Не понятно, как без региональной автономии можно рассчитывать вернуть домой иракских беженцев-суннитов из арабских стран. Вне региональной зоны безопасности и одновременно ответственности властей автономии, они будут не защищены от федеративных властей, как и федеральные власти будут опасаться их.
Многие политики пугают тем, что путь создания автономных регионов в Ираке якобы неизбежно ведет к его дезинтеграции. Это не так. Реально это – путь, который максимально продлит существование Ирака как единого государства, а то и сохранит его на обозримую перспективу. Ирак, который в силу исторических обстоятельств, более 80 лет был окрашен в цвет суннитского доминирования, что блокировало создание единой историко-идеологической общности, должен еще попытаться осознать свою подлинную идентичность. Историю Ирака, из которой сейчас лишь цитируют эпизоды, еще надо написать. Возможно, что федеративное развитие даст ему шанс и на единство, в конце концов историческая территория, которую сейчас объединяет Ирак всегда была зоной межэтнического и межконфессионального взаимодействия. Но если все же и произойдет распад страны, то он будет много менее болезненным, чем случись он сейчас, без этой фазы внутри иракского размежевания.
В любом случае создание автономных регионов - это важный и позитивный тренд (будем надеяться, что он будет набирать силу), особенно если учесть, что движение в этом направлении есть и на юге Ирака, где половинчатая попытка создать федеральный регион уже предпринималась партией Высший Исламский Совет в Ираке, но не удалась. И может быть, к счастью, поскольку стоит задаться вопросом, действительно ли все девять шиитских провинций представляют собой единый блок, который следует конституировать как федеральный регион. Возможно, что как раз шиитских регионов может быть несколько с учетом этнографических особенностей провинций.
Безусловно, что выделение федеральных регионов потребует и от суннитов, и от шиитов поставить вопрос о границах в тех провинциях, где в результате дьявольской саддамовской социальной инженерии образовался взрывопопасный состав, как в Киркуке, Ниневии и Дьялле, а этническим меньшинствам, например, туркменам (чья этническая история также покрыта мраком), определиться, с кем им все же больше хотелось жить вместе с курдами, или с арабами.
Позитивно то, что теоретически ясно, как решать эту проблему, нужны так называемые «лингвистические границы» (сыгравшие свою положительную роль в Индии, где вначале не думали об разграничении территории штатов, а тем более о появлении национальных штатов), которые помогли бы разграничить этно-конфессиональные группы. Есть так называемый Проект мирной демаркации в Ираке, предлагаемый Миссией ООН по оказанию помощи Ираку (UNAMIs piecemeal demarcation project), и нет оснований считать, как заявляют некоторые аналитики, что он усугубит ситуацию, породив вместо одного десятки досье (граница должна проводиться шаг за шагом), а не приведет со временем к позитивным решениям, которые нельзя принять одним махом и в пользу одного «благоприобритателя». Конечно, если федеральное правительствоне будет пытаться силой вытеснить курдов из Ханекина (что оно пробовало сделать) или других районов их постоянного проживания, по сути взяв на вооружение в этом вопросе линию Саддама Хусейна. Стоит подумать, выиграют ли курды и другие участники спора о Киркуке от замораживания этой ситуации, даже если эта территория будет объявлена федеральным округом и будет управляться из центра (хотя индийский опыт предполагает и такой ход развития ситуации). Ситуация в Индии была много серьезнее, чем в Ираке, где уже почти восемь лет разные этно-конфессиональные силы активно сотрудничают и входят в одно правительство. Если Ирак не раскололся в первые годы после свержения Саддама по линии шиитско-суннитского противостояния, то скорее всего он устоит и в дальнейшем. В любом случае не курдская автономия не стала клином,который расколет Ирак. Есть основания считать, что и суннитский регион укрепит федеративный Ирак, а не подорвет его. Именно цель сохранения Ирака как единого государства требует не отказа от федеративности, а ее развития, поскольку в противном случае все вернется на «круги своя», т.е. к милитаристско-террористическому хаосу.
Переводчик