Интервью Day.Az c директором Института политических исследований, депутатом Госдумы РФ Сергеем Марковым.
- В начале сентября ожидается визит президента Турции в Москву. О чем конкретно в плане карабахского урегулирования, по-вашему, будут говорить Медведев и Гюль?
- Я думаю, что на этой встрече будет несколько основных тем обсуждения. Прежде всего, это двустороннее экономическое сотрудничество. Это вопросы согласования единой позиции по состоянию мировой экономики, возможности кризиса, поскольку и РФ, и Турция – активные члены "большой двадцатки".
Очень остро стоят и волнуют обе стороны проблемы на Ближнем Востоке. Сирийский вопрос может выйти на первый план на этих переговорах. Речь может пойти о более серьезном экономическом взаимодействии стран, вплоть до вовлечения Турции в Таможенный союз. Потому что очевидно, что Турция не менее самодостаточна, чем страны-члены Евросоюза.
Что касается кавказской проблематики, стороны могут обсудить вопросы недопущения поставки дополнительных вооружений в Грузию, чтобы Саакашвили не создал очередной угрозы миру и безопасности на Кавказе.
Однако нагорно-карабахская проблематика в данный момент не столь остро актуальна, хотя она, конечно, тоже будет одной из тем переговоров между Медведевым и Гюлем. Кроме того, Турцию в этом вопросе никак нельзя назвать посредником. Турция является достаточно сильным союзником Азербайджана. Поэтому о расширении ее влияния на переговорный процесс речи идти не может. В отличие от России, которая занимает более сбалансированную и нейтральную позицию. Вторая причина в том, что нагорно-карабахская проблема актуальна в долговременном формате, но не актуальна в краткосрочном смысле. Сейчас не происходит никаких острых ярких событий, всё то же замороженное состояние конфликта. Потому я уверен, что президенты, конечно, обменяются между собой мнениями по этому вопросу, но вряд ли уделят этому основное внимание, поскольку есть остроактуальные проблемы, которые действительно надо решать.
Тема Нагорного Карабаха не может быть ведущей темой переговоров между этими государствами сегодня
Турции пора принимать решение в отношении Сирии, нужно думать, как можно совместно избежать нового экономического кризиса. Есть и вопросы второй очереди - газового "Голубого потока", есть проблемы режима судопропуска через пролив Босфор, есть вопросы строительства российских АЭС в Турции. В общем, есть масса двусторонних проблем, которые надо решать сторонам сегодня. А тема НК не может быть ведущей темой переговоров между этими государствами сегодня.
- После Казани президент Медведев счел нужным провести отдельные переговоры с главой Азербайджана. Почему до сих пор он не провел аналогичных переговоров с Саргсяном?
- Мне представляется следующая причина. В Сочи Медведев дал интервью, в котором коснулся третьей годовщины войны в Грузии, где в том числе упоминалось о том, что это стало предупреждением Армении и Азербайджану. В общественности Азербайджана это вызвало негативную реакцию, и, наверное, понадобилось встретиться президентам РФ и Азербайджана, чтобы выработать консенсусное отношение наших руководств к этой теме. И, наверное, стороны пришли к ряду соглашений по этой тематике.
А в Армении, и в их СМИ не было столь уж бурной реакции на эти слова Медведева, по сравнению с Азербайджаном. Может поэтому и не было необходимости во встрече с Саргсяном.
Может поэтому и не было необходимости во встрече с Саргсяном
Хотя, возможны и другие причины. Надо посмотреть на графики президентов. Возможно, тут не надо искать какие-то глобальные причины.
- Каким вам видится будущее пока еще замороженного процесса нормализации турецко-армянских отношений? Ведь сейчас по этому поводу высказываются самые разные мнения.
- Мне предполагается, что руководство Армении готово к такому развитию событий, но руководство Турции сейчас не вполне готово к этому. За этим стоит и желание Запада, и мирового армянского лобби, чтобы как-то улучшить отношения между странами. Но тут есть другие проблемы, и они касаются внутренней политики Турции. Ведь там у значительной части партий и общественных объединений эта идея сближения с Арменией вызвала очень серьезную критику. И, мне кажется, в этой связи турецкое руководство было вынуждено несколько отступить, оставить эту тему на потом.
Но тут надо учитывать, что сегодняшняя внешнеполитическая активность Турции имеет значительно большие возможности для своей реализации, а не одно лишь направление на сближение с Арменией. Турция сейчас весьма активно задействована в решении проблем Сирии, Ливии, Сектора Газа. В этих вопросах Турция имеет свою, принципиальную и интересную позицию. И на этом фоне армянская проблематика отходит пока на второй план просто. То есть, для кого-то она актуальна, но с другой стороны – слишком много критики, чтобы двигаться в этом направлении дальше. И пока что не видно, когда бы эта позиция Турции могла измениться.
Пока что не видно, когда бы эта позиция Турции могла измениться
- Как бы вы объяснили причины случившегося на днях неожиданного скандала между Ираном и Ереваном, когда военный представитель первого обвинил Армению в предоставлении территорий для учений курдским сепаратистам и террористам?
- Судить по фактам нам и вам тут трудно. Но если исходить из общего анализа ситуации, то мы видим, конечно, что есть основа для коммуникации между Арменией и курдскими террористическими организациями. Поскольку и те, и другие находятся в весьма плохих отношениях с Турцией. Такое сотрудничество Армении с курдскими сепаратистами возможно. Хоть мы и не имеем свидетельств, что сказанное иранской стороной - правда. Но если это так, то, конечно, это очень опасная игра. Во-первых, в отношении Турции, которая очень жестко реагирует на нынешнюю активность курдских боевиков на своих восточных границах. В ответ на это Турция может резко увеличить свою военную помощь Азербайджану.
А кроме того, эти события могли бы испортить отношения Армении с Ираном, который является одним из союзников Армении в регионе. Так что тут просматриваются слишком большие риски для Армении.
Но, с другой стороны, помимо общих интересов курдов и армян против Турции, надо иметь в виду, что сейчас курдская община в Евросоюзе набирает вес и силу, экономическую мощь. Возможно, через вот эти контакты армяне и курды превращаются в одни из самых сильных диаспор в Европе. Так что объективно ту возможность учений групп курдских боевиков на территории Армении исключать нельзя.
- По сравнению с кризисным 2009-м, в посткризисном 2010 году потребление основных продуктов питания в Армении значительно снизилось, передает их Нацстаткомитет. Чем же можно объяснить такое?
- Я не очень силен в экономике. Могу сказать, армянская экономика – это не экономика России, конечно. Это больше экономика огромной колоссальной армянской диаспоры, которая и пытается ее поддерживать за счет сбора средств и пересылки ее из-за рубежа туда. Но, все равно, какие бы деньги они не пересылали, существует экономическая блокада, в которой находится эта самая маленькая республика маленького региона. Эти причины дают о себе, конечно, знать.
Переводчик