Федерализация Ирака – средство добиться стабильности и процветания страны, но во многих провинциях оно не может быть использовано немедленно.
Безусловно, есть государства, которые, несмотря на свой полиэтнический состав, действуют как унитарные государства. Таким государством является, например, Иран, но его централизованная политическая структура поддерживается тем, что это государство является исламской республикой, теократией, где конфессиональное должно и политически доминирует над этническим. Очевидно, что в США не могли не заметить эту особенность Ирана, поэтому в 2005 году поддержали федеративное устройство для Ирака, но в 2007 году они отказались от федеративного проекта для Ирака, или, по крайней мере, сильно отодвинули его в сторону, заморозив на несколько лет процессы федерализации страны, которые предусмотрены конституцией Ирака (2005). В большой мере это было выводом из кровавого и крайне жестокого подавления восстания в Фаллудже (масштаб этого восстания был не сравним с выступлением противников режима Каддафи в Бенгази, приведшего благодаря внешней поддержке к падению ливийского режима). Отказ от немедленной федерализации был связан с необходимостью сокрушить сопротивление сторонников бывшего режима и исламистов в суннитских провинциях, поскольку автономизация по курдскому образцу этих провинций могла бы привести Ирак не к расколу, а к нескончаемой внутренней суннитско-шиитской войне.
Безусловно, искусство государственного управления состоит в том, чтобы примирить тенденции к централизации и децентрализации. Здесь нет однозначного "да" и столь же категоричного "нет". То, что было совершенно невозможно еще вчера, можно и даже нужно осуществить сегодня.
Федерализм в Ираке как идея и как пример для подражания выжил благодаря курдской автономии на севере страны, но этот пример так и остался бы невостребованным курдским опытом, если бы реально отсутствовала потребность в создании этно-конфессиональных регионов: курдского, арабо-суннитско и арабо-шиитского. Более того, региональные, этно-культурные особенности, которыми обладают провинции Ирака, диктуют большую дробность административно-политического устройства, не ограничивая его тремя большими автономиями. Силу этих тенденций можно наблюдать в Иракском Курдистане, который почти непрерывно сталкивается с внутренними потрясениями центробежного характера: не завершен, хотя и устойчиво продолжается, процесс создания единой администрации Иракского Курдистана; появляются новые партии с территориальной базой – Горран; небольшие районы выдвигают требования обособления в качестве новых провинций с теми же правами, что у Эрбиля, Сулеймании и Дохука - Халабжа. Иными словами, автономия Иракского Курдистана базируется не только и не столько на курдской этнической составляющей, сколько на политической зрелости региона, партии которого существуют уже не одно десятилетие и прошли колоссальные испытания. Кроме того, сама автономия Иракского Курдистана получила шанс на становление и обретение силы задолго до свержения саддамовского режима под международным контролем и при международной поддержке, курдам приходилось выслушивать советы и следовать им.
С этой точки зрения нельзя все – абсолютно естественные – декларации о независимости регионов, а часть из них, как в провинции Салахеддин, приняты спонтанно в ответ на полицейские действия центральной власти, рассматривать как чистое благо. Но это предполагает необходимость осознания тенденции и создание как условий, так и требований, которые были понятны и достаточны для движения в строну автономизации провинций и регионов. Процесс федерализации Ирака должен быть поставлен на прочное основание и стать частью процесса строительства успешного Ирака. Опасностью на этом пути является как стремление законсервировать те формы, которые приняла иракская государственность в годы пребывания американских войск в стране, так и опасности обострения и ускорения политических процессов с выводом американских войск.
Проблема провинции Салахеддин, на мой взгляд, не в том, как формально по Конституции должен быть заявлен и проведен референдум об автономизации, что безусловно важно: Конституция должна соблюдаться. На мой взгляд, принципиальный вопрос: может ли судьба этой отдельной провинции решаться вне контекста решения государственной судьбы других суннитских провинций? Не приведет ли автономизация провинций, а эта возможность формально предусмотрена Конституцией, к дискредитации самой идеи федеративного Ирака. Проблема и в том, что провинции экономически и политически далеко не самодостаточны, и в том, что есть и более высокое единство – иракские сунниты долгое время были государствообразующей нацией, игнорирование которого, безусловно, чревато опасностями. Есть и проблема, которую ставят курды, настаивающие, что до референдумов по автономизации регионов следует разрешить проблему спорных территорий в Ираке (а не только вдоль границ Иракского Курдистана, как часто думают) согласно статьи 140 Конституции Ирака, чтобы не усложнять отношения между будущими автономиями. Хотя это не предусмотрено буквой закона, но его дух требует такой последовательности федерального размежевания Ирака.
Федерализации Ирака нет альтернативы, кроме неудачного, катастрофического варианта осуществления этого процесса, который может погрузить страну в хаос.
Переводчик