Турецкое общество познакомилось с Сирри Сюрайя Ондером, когда он начал писать ежедневные столбцы в СМИ. После того, как он стал членом парламента Турции от социалистического блока прокурдской "Партии мира и демократии" (BDP), все поняли, что он станет одним из самых ярких его членов.
Ондер снова обратил на себя внимание, когда стал одним из ключевых персон, выступающих в качестве посредников между заключенным лидером "Рабочей партии Курдистана" (РПК) Абдуллой Оджаланом, и военным крылом РПК в горах Кандиль, в рамках нынешнего мирного процесса .
Сирри Сюрайя Ондер ответил на вопросы корреспондента "Hurriyet Daily News".
Многие думают, что вы этнический курд, но это не так. Что вы расскажете нам о себе?
Я родился в Адиямане, региона, где армяне, ассирийцы, курды, арабы, туркмены и черкесы жили в равных пропорциях до 1915 года, когда этот баланс был нарушен. Я родом из туркменского клана, который жил там в течение семи или восьми поколений. Когда вы родились в таком месте, вы смолоду понимаете потребность иметь сочувствие. Все виды дискриминации жизни становятся вам известными. Я имел возможность наблюдать травмы, которые возникают вследствие отказа от идентичности… Моя семья была такой. Мой отец был одним из немногих коммунистов в городе.
Что еще определяет Сирри Сюрайя Ондера?
Моя социалистическая идентичность. Мой отец умер, и мы впали в глубокую нищету. Мои дяди, которые были одними из самых важных членов (братства) Нур, заботились о нас, и я получил религиозное образование. Мой интерес к религии не уменьшился, но, наоборот, усилился после того, как я стал социалистом. Мне было 13 или 14, когда я нашел книги моего отца, которые были спрятаны. Чтение – это моя страсть, и после их прочтения, я решил стать социалистом.
Нет ли противоречия между социализмом и вашим интересом к религии?
Они не являются взаимоисключающими. Но я не говорю, что я религиозен. Я светский человек. Моя жизнь обращена к социалистической культуре, и я знаю, что организация жизни в соответствии с религиозными постулатами очень хлопотна.
Это предрассудок думать, что социализм и религия не идут рука об руку?
Социализм не интересует, есть ли у человека вера в Бога или нет. Но социалистический менталитет в Турции был слишком сильно связан с кемализмом. Многие вещи, которые, как считается, отражают социалистическое отношение, на самом деле - не что иное, как кемалистский рефлекс. Когда вы поскребете людей, которые считаются социалистами, в итоге вы увидите идеального кемалиста, и у меня нет одной десятой той симпатии к кемализму, которую я испытываю к религии.
В чем проблема с кемализмом?
Это вульгарная техника. Это подход, который идет сверху вниз. От него вообще не было никакой пользы для этой страны.
Вы можете рассказать нам, в чем в основном состоит ваш подход к религии?
Пока существует понятия смерти, будет понятие религии. Человеку, который знает, что он смертен, понадобится гавань. Вот почему религия является более распространенной и более влиятельной, чем все другие идеологии. Может быть два подхода: либо понять религию, или полностью отрицать ее. Я из тех, кто пытается понять религию, а не бороться с ней, как это делают кемалисты.
Вы попали в тюрьму, когда вам было 16. Как это повлияло на то, кем вы стали?
Это принесло огромное чувство несправедливости. Я попал в тюрьму, потому что мы протестовали против событий в Мараше. Обвинения против меня были основаны на тотальной лжи... Государство подходит ко всему, что не является частью его статус-кво, с менталитетом уничтожения. Я решил, что мы должны взять реванш у истории государства, которое уничтожило всех, кто не думал так, как оно само. Поэтому в тюрьме я стал настоящим социалистом. После того как я сдал экзамены и стал учиться в Университете Анкары на факультете политических наук, 12 сентября произошел военный переворот. Я был среди тех, кто сопротивлялся перевороту. Я был задержан и осужден на 12 лет...
Вы думаете, что сейчас вы в состоянии учесть весь этот опыт вашей политической работы?
Вся моя политическая практика основана на нем. Все мои цели и цели BDP заключаются в защите бедных от богатых, жертв от агрессоров, женщин от мужчин.
Вы были даже причастны к киноиндустрии.
Мой интерес к миру искусства был результатом бедности. После того как я вышел из тюрьмы, из-за невозможности получить работу в государственном секторе, я попытался сделать это в мире бизнеса, но мне не удалось. Некоторое время я работал в России, и в свободное время начал писать. Вот тогда я написал рассказ "Международный" [по которому позже был снят фильм]. После возвращения в Турцию я решил превратить его в сценарий и прошел курсы у известного турецкого режиссера. Вот тогда я и решил, что должен провести свою жизнь в качестве писателя. Я не киноман, но когда [турецкий режиссер] Йылмаз прочитал его, он сказал мне, что нужно снимать фильм.
Потом вы написали статьи, первую - для " Birgün", а затем для "Radiсal". Вы всегда были связаны с курдским политическим движением?
Моя связь никогда не нарушалась. Она началась в детстве, в тюрьме. Большинство известных представителей курдского движения - мои друзья детства.
Как вы оказались на одной из наиболее важных позиций в мирном процессе?
BDP представляет собой коалицию, где я представляю, может быть, не всех, но социалистов. Когда Абдулла Оджалан позвонил мне, он принял это во внимание.
Но вы также были приняты государством.
Я не думаю, что это имело что-то общее с государством. Оджалан хотел встретиться с сопредседателями BDP, но когда на это было наложено вето, он дал им список из 11 человек, который включал и меня. Он предупредил правительство не блокировать этот список, поэтому правительство было вынуждено отправить нас.
Вы были удивлены, увидев, на каком этапе мы находимся сегодня?
Я писал об этом. Любой, кто интересовался политикой, был в состоянии предвидеть, что мы будем развиваться, чтобы достичь этой точки.
Да, но не так давно правительство имело очень агрессивное отношение.
Мы знали, что это не будет работать. Курды – это люди, которые познали сопротивление. Они не склонились, и правительство поняло, что это не может продолжаться в ключе того, что они называют "концепцией безопасности". Курды сломили семь или восемь других правительств.
Некоторые полагают, что реальной мотивацией премьер-министра является его желание стать президентом.
Курды сделают это невозможным. Кроме того, что случилось с обсуждением президентской системы?
Некоторые опасаются, что Турция может стать более авторитарной.
Это абсолютно глупо. Люди ленивы, когда дело доходит до мышления. Курды боролись против авторитарных режимов, почему они станут терпеть другой авторитарный режим?
Они могли бы наслаждаться свободой в своей автономной области, в то время как остальная часть страны будет страдать при авторитаризме.
Те, кто так говорят, не могут называться политиками. Они не любопытны, они не исследователи. Мы хотим автономии для всех 25 регионов Турции, мы не просим автономии только для курдов. Более сильная местная администрация означает ослабление авторитаризма. Авторитаризм является централизацией власти, в то время как автономия – это распространение власти на низовом уровне.
Что будет дальше?
Заявление о выходе означает, что нет никаких препятствий для выхода на второй этап. Это процесс полной демократизации. Он состоит из двух измерений. Одним из них является обновление Конституции, а другой заключается в аннулировании всех фашистских статей в законах. Это самая важная часть общего процесса, потому что, если это произойдет, то он закончится сложением оружия.
Это, пожалуй, самый трудный этап.
Это зависит от позиции политических партий. Базой являются универсальные принципы права и основные права человека, почему бы CHP [оппозиционной "Народно-республиканской партии"] возражать против нее?
Вы предполагаете, что это CHP затруднит процесс, а не правительство?
До сих пор мы идем с правительством в этом процессе. Если оно не станет соблюдать процесс, оно должно будет понести ответственность за последствия. Правительство взяло на себя обязательства.
Верите ли вы, что AKP [правящая партия Эрдогана] использует свой демократический менталитет в целях полной демократизации?
Существует протокол демократизации и AKP заявила, что она будет соблюдать этот протокол. Если этого не произойдет, мы будем говорить об этом. Курды сдержали свое обещание. Я не хотел бы использовать понятие, которое может быть воспринято как угроза мирному процессу, но демократизация в интересах даже тех, кто хочет быть более авторитарным.
Как вы думаете, ЕС сыграл свою роль в том, что происходит сегодня?
Нет, он остается совершенно равнодушным к курдам.
Но в течение многих лет он оказывает давление на Турцию, требуя расширения культурных прав. Вы не думаете, что ЕС сыграл роль в преобразовании Турции?
Они не могут исцелить даже свои раны. Я хочу сказать, что все, что они сделали, не было лекарством для этой проблемы.
Как США участвуют в процессе?
США играют более активную роль. У меня сложилось впечатление в кругах BDP, и я знаю, что они оказывают давление на правительство, но я уверен, что они не участвуют в переговорах.
Почему они хотят быть более активными?
Потому что курдский мир будет определять судьбу Ближнего Востока. Было бы наивно думать, что США будут сидеть, сложа руки, в отношении чего-то, связанного с Ближним Востоком.
Как США оценивают процесс?
Нет ничего, что показывало бы, что они препятствуют ему, но они хотят взять его под свой контроль.
Существует мнение, турецкое общественное мнение, что США помогают курдам.
Курдские боевики уничтожались американской разведкой. Посол США заявил, что они предлагали "Аль-Каиде" убить [курдское руководство]. Мне действительно интересно, как это восприятие прижилось в Турции.
В чем тогда состоят проблемы США с курдами?
Курды хотят разбить систему, которая дает США возможность управлять регионом с помощью монархий.
Как вы думаете, этот процесс пришел к точке невозврата?
Я хотел бы так сказать, но я все еще не в состоянии это сделать. Не в моих принципах что-то скрывать или лгать турецкому народу.
Что вы думаете об AKP и Эрдогане?
Есть два пути. Либо он будет использовать опору на свои собственные структуры и гегемонию постигнет судьба предыдущих правительств, или он пойдет по пути полной демократизации и сделает что-то очень ответственное в истории Турции. В течение нескольких месяцев мы увидим, какой курс будет принят.
Теги: Турция, Турецкий Курдистан, курды, Сирри Сюрайа Ондер, BDP, парламент Турции, РПК, Абдулла Оджалан, Кандиль, туркмены, Исмет Йылмаз, CHP, AKP, Реджеп Тайип Эрдоган, США, Аль-Каида
Переводчик