Колонна военных внедорожников "Хамви" поднимает густые столбы пыли. Из-за них с трудом можно разглядеть дома на окраине Мосула. Голос, звучащий из рации, говорит о необходимости быть предельно внимательными.
"Обратите внимание на дома справа. Там могут занимать позиции снайперы ДАИШ (арабская аббревиатура запрещенной в России террористической группировки "Исламское государство")", — предупреждают по рации.
"Золотая дивизия"
Искандер – боец элитного иракского подразделения "Золотая дивизия" — перестает шутить, надевает балаклаву с черепом и занимает место у пулемета. Раздается клацанье шестеренок, башня "Хамви" начинает вращаться в поиске целей.
Расположенный на окраине восточной части Мосула район аш-Шикак аль-Хадра, что на русский переводится как "зеленые квартиры", был полностью освобожден от боевиков ИГ накануне. Нашу колонну встречают улюлюканьем высунувшиеся в окна местные женщины. Бойцы антитеррористического подразделения осторожно заходят в каждый дом и подъезд, стучатся в квартиры — ищут затаившихся радикалов. Испуганные жители показываются в дверях с белыми флагами.
"Мы вас долго ждали. Герои, любимцы наши. Сколько же мы натерпелись от ДАИШ", — обнимая и целуя в щеку одного из военных, всхлипывая, говорит седовласый старик.
Во дворе дома спецназовцы красуются перед телекамерами, растягивая перевернутые черные стяги террористов, и охотно раздают интервью. Речь бойцов периодически перебивают звуки взрывов от падающих в соседних кварталах мин.
"Серьезное ли сопротивление оказывали террористы"? – спрашиваю я одного из военных.
"Нет. Они как нас видят, бегут. Боятся, ведь мы беспощадны к ним. Мы внушаем им дикий ужас. Мы сами терроризируем их!" — улыбается мой собеседник, показывая небольшим изогнутым ножом, что он делает с противником, если тот попадает к нему в руки живым.
Освобождать от террористов ИГ густонаселенную восточную часть Мосула иракское правительство поручило специальному подразделению Управления по борьбе с терроризмом. Несколько тысяч натренированных американскими специалистами бойцов назвали "золотой дивизией". Спецназ уже имеет богатый опыт ведения городских боев: в июне они зачищали от фанатиков другой оплот ИГ — Фаллуджу. Но продвижение в Мосуле, как признают в самом антитеррористическом отряде, происходит медленно. Причина, по словам его командиров, одна – желание сохранить жизни мирного населения.
Мы принуждаем ДАИШ покидать эти районы и отступать, даем им возможность отойти. Самое главное для нас — сохранить жизнь людей, а лишь потом уничтожить террористов", — объясняет мне командующий силами по борьбе с терроризмом Ирака генерал-лейтенант Абдель Гани аль-Асади.
Потери в рядах элитного спецподразделения военные не афишируют. Говорят, их не так много, если учитывать выполняемые ими задачи. О том, как все же тяжело приходится здесь спецназу, молчаливо повествует "кладбище" из десятка покореженных внедорожников на въезде в Мосул.
Земля "вероотступников"
Через полчаса уже осмелевшие местные жители начинают целыми семьями высыпать на улицу, не выпуская из рук белые флаги. Еще вчера измерявшие свои бороды линейками мужчины свежевыбриты, женщины — с открытыми лицами. Люди наперебой рассказывают о зверствах, чинимых террористами.
"Этот район сплошь интеллигенция. Здесь врачи, инженеры, ученые. Они (террористы) прозвали наш район землей вероотступников, потому что мы отказались примкнуть к ним. Здесь они казнили свыше двухсот горожан. Для них человека зарезать — что воды попить. Варвары", — говорит местный житель Мазен.
Меня приглашают в одну из квартир. В зале тут же собирается вся семья, приходят соседи. Наливают бодрящего иракского чая. Хозяин дома по имени Исмаил рассказывает, что раньше служил в дорожной полиции Мосула, регулировал движение. Когда пришли террористы, его с коллегами арестовали и заставили прилюдно покаяться.
"Они сказали нам, что мы не мусульмане, живем неправильно. Но как так? У нас в Мосуле всегда было полно мечетей, мы все молились. Сами они неверные. Нелюди", — говорит хозяин квартиры.
Его супруга вспоминает, как все эти три года жили в напряжении, как сильно переживали дети, если отец вдруг задерживался вечером.
"Они спрашивали меня по вечерам, когда отец задерживался, не забрала ли его хисба (религиозная полиция ИГ)" — рассказывает, едва скрывая эмоции, женщина по имени Сана.
Проигранная битва
Со слов местных жителей, оборону района держали всего шесть или семь боевиков ИГ. Использовали свою излюбленную тактику: на наступающие отряды антитеррора выскакивали начиненные взрывчаткой автомобили со смертниками, с крыш домов стреляли снайперы."В соседней пристройке один игиловец создавал видимость, будто там засел целый взвод. Он все время быстро перебегал от одного окна к другому и стрелял в направлении военных", — говорит Исмаил.
Мосульцы рассказывают, что свои основные силы террористы переместили в западную часть города с его старинными узкими улочками и густой застройкой.
"Они, в общем-то, прекрасно понимают, что битва проиграна. Но собираются оказать жестокое сопротивление по ту сторону реки (Мосул разделяет река Тигр — ред.). Там, в старинных районах, военным будет труднее продвигаться", — говорит зашедший "на чай с иностранцем" сосед Исмаила Абдель Джаббар.
Внезапно за окном раздался какой-то шум. Вбежавшая в комнату девочка радостно сообщила отцу, что привезли гуманитарную помощь. За считанные секунды во дворе к грузовику с логотипом Красного полумесяца образовывается длинная очередь. Некоторые все еще не выпускают из рук белые флаги свободы.
Теги: Ирак, Мосул, Исламское Государство, армия Ирака
Переводчик