Жители двух регионов Земли - иракского Курдистана и испанской Каталонии - скоро будут решать на референдумах, создать ли им независимые страны. Но проголосовать - одно, а воплотить в реальность эффективно работающее новое государство - другое. Что для этого требуется? Всемирная служба Би-би-си попыталась разобраться в этом, основываясь на прежнем мировом опыте.
Четыре признака
"Не бывает настоящей страны без своего сорта пива и национальной авиакомпании", - сказал рок-музыкант Фрэнк Заппа. Если отбросить шутки, то эксперты по международному праву выделяют четыре основных признака государства: население, территория, правительство и способность самостоятельно поддерживать отношения и договариваться с другими государствами. Термин "население" вызывает споры, но большинство специалистов определяют его как совокупность людей, постоянно живущих на территории и считающих себя особым народом.
"Связь между людьми, действенная связь, чувство принадлежности к чему-то, общность чувств, - говорит профессор международного права лондонской Высшей школы экономики Джеймс Ирвинг. - A также общие практические интересы".
Другой ключевой признак государства - наличие определенной территории, на которой оно осуществляет суверенный контроль, и установленных границ. Третий критерий, признаваемый практически всеми - стабильное и эффективное правительство. И, наконец, четвертый ключевой элемент: способность вступать в договорные отношения с другими государствами и поддерживать таковые.
Суверенное государство свободно устанавливает как двусторонние - если, к примеру, две страны вступают в дипломатические отношения либо решают совместно работать над проблемой, представляющей обоюдный интерес - так и многосторонние связи: например, вступает в ЕС или присоединяется (либо не присоединяется) к конвенции по борьбе с изменениями климата. Это подразумевает отсутствие подчинения какому-либо иному государству или внешней силе. Как будущему государству обрести все эти признаки и сделаться настоящим?
Международное признание
Новое государство может быть признано другими государствами в индивидуальном порядке, но главный приз - принятие в ООН. Это автоматически дает полную защиту международного права, признание существующих границ, вступление на равных в систему мировых торговых отношений, доступ к кредитам МВФ и Всемирного банка, и массу других выгод. Можно ли не состоять в ООН и при этом являться государством?
"Есть старая пословица: если нечто выглядит как утка и крякает, то это утка, - говорит преподаватель международного права Кильского университета Ребекка Ричардс. - В таких случаях мы говорим о непризнанном государстве".
Один из примеров - Сомалиленд, бывшее британское Сомали, получившее независимость в 1960 году и через четыре дня объединившееся с бывшим итальянским Сомали. В 1991 году сомалийское государство впало в хаос, фактически прекратило существование, и тогда Сомалиленд в одностороннем порядке вновь провозгласил суверенитет.
"Там необычайно сильное по местным меркам правительство, несколько раз проводились демократические выборы, царят мир и стабильность, успешно развивается экономика - короче, есть все, чего следует ждать от государства". - говорит Ребекка Ричардс.
Но Сомалиленд не признан никем в мире, что создает ему множество неудобств.
"Доступ к международной гуманитарной помощи и помощи на нужды развития, особенно по линии ООН, сильно ограничен, так как по закону они должны поступать в Сомалиленд через центральное правительство Сомали. Сложно вести внешнюю торговлю без правовой защиты. Национальная валюта не котируется за пределами страны", - перечисляет Ребекка Ричардс.
Правовая коллизия
В основе концепции государства-нации лежит право на самоопределение. Оксфордский словарь трактует его следующим образом: "Признание права народа решать вопрос о своем государственном суверенитете и форме правления". Этот принцип был закреплен в Уставе ООН, принятом в июне 1945 года. Но тогда фактически имели в виду исключительно право колоний европейских держв на независимость или выбор формы ассоциации с метрополией.
"Все признавали, что право наций на самоопределение - это здорово и прогрессивно, - говорит Джеймс Ирвинг. - Но не было четкого представления, что оно, собственно, значит". Считалось, что если народ ранее кем-то колонизированной территории хочет свое государство, у него есть такое право. В результате после 1945 года около трети населения планеты сменило государственный статус. Количество членов ООН выросло с 51 до 193. Но тут крылась ловушка.
"Как поженить лежащий в основе идеи суверенитета принцип нерушимости границ и право народов самим определять собственное будущее, очевидно, подразумевающее возможность отделения?" - вопрошает старший научный сотрудник центра восточноевропейских исследований лондонской Высшей школы экономики Джеймс Кер-Линдси.
Часть юристов-международников встала на точку зрения, что после ликвидации колониализма никакие изменения границ государств без их согласия допускаться не должны, а для народов, живущих в пределах других государств, самоопределение ограничивается правом на автономию.
Косовский прецедент
Косово девять лет пребывает в полупризнанном статусе. "Когда косовские албанцы вслед за словенцами, хорватами и боснийцами потребовали независимости, первая реакция мирового сообщества свелась к тому, что Косово, будучи автономным краем, не имеет права на выход из Сербии, в отличие от республик, которые на равных с Сербией образовывали федерацию", - вспоминает Джеймс Кер-Линдси. Ключевое значение, по мнению эксперта, имеет вердикт Международного суда ООН, куда обратилась Сербия после одностороннего провозглашения независимости Косова в 2008 году. Суд не усмотрел в нем противоречий с международным правом.
Поскольку принцип нерушимости границ тоже сохраняет силу, коллизия переместилась из области права в область политической целесообразности. Ныне статус и будущее новых государств определяются в каждом конкретном случае по воле мировых игроков.Так, Косово до сих пор не стало членом ООН, в основном из-за позиции России, которая, как постоянный член Совета Безопасности, имеет право единоличного вето не прием новых членов. При этом республика признана более чем половиной государств мира, принята в МВФ, всемирный банк и Международный олимпийский комитет.
Как завоевывать друзей
"Фактически невозможно для кого-либо получить независимость и построить государственность без согласия других государств, прежде всего больших и влиятельных, признать и поддержать вас", - подчеркивает Милена Стерио, профессор международного права Кливлендского университета.
Как это работает на практике? Восточный Тимор до 1960-х годов являлся португальской колонией, а затем был оккупирован Индонезией. Во времена холодной войны США и Запад не желали отталкивать Индонезию, и потому не поддерживали стремление жителей Восточного Тимора к независимости.
"В 1990-х годах великие державы перестали особо нуждаться в Индонезии как союзнике, обратили внимание на нарушения прав человека в Восточном Тиморе и сказали: окей, тиморцы, вы, пожалуй, слишком долго страдали", - говорит профессор Стерио.
Ситуация в Испании принципиально иная. Так что же случится, если каталонцы все же проголосуют за независимость? "Я в таком случае прогнозирую долгие переговоры и компромисс, состоящий в том, что Каталония останется в составе Испании, но при расширенной автономии", - говорит Милена Стерио.
Каталония имеет право на самоопределение, а Испания - на нерушимость границ. Добровольного согласия на уход Каталонии Мадрид, по всей вероятности, не даст. Примечательно, что Испания единственной из западных демократий не признала независимости Косова, явно держа в уме Каталонию. Так же практически невозможно представить себе, чтобы остальной мир стал оказывать на Испанию давление, как на Сербию и Индонезию.
Обстоятельства на Ближнем Востоке сильно отличаются, но курдам, если они проголосуют за независимость, предстоит столкнуться с той же проблемой.
Теги: Иракский Курдистан, Курдистан, Независимость Курдистана, референдум, Каталония, Сомалиленд, Косово, ООН, СБ ООН, Восточный Тимор
Переводчик