новостной сайт о событиях в курдском регионе

Прямая военная конфронтация между США и Ираном с возвращением Дональда Трампа в Белый дом становится почти неизбежной, полагают многие западные аналитики. Вместе с тем они прогнозируют попытки новой американской администрации в первые месяцы её работы решить вопросы вокруг ядерной программы Исламской Республики дипломатическим путём. Только в случае тщетности таких усилий у Вашингтона и его главного союзника на Ближнем Востоке в лице Израиля не останется других вариантов, кроме как атаковать ядерные и другие стратегические объекты Тегерана.

В концентрированном виде подобная точка зрения была представлена Ричардом Нефью, старшим научным сотрудником Колумбийского университета и внештатным сотрудником Вашингтонского института ближневосточной политики, в опубликованной ранее на этой неделе статье в журнале Foreign Affairs.

Бывший заместитель специального посланника США по Ирану отмечает, что "есть ещё много веских причин не бомбить Иран", ибо "удар по этой стране привнесёт ещё больше хаоса и нестабильности на Ближний Восток".

"Это потребует значительных американских ресурсов в то время, когда Вашингтон хочет сосредоточиться на других регионах. Это может подорвать авторитет США, если атаки не увенчаются успехом. И вероятность неудачи высока: даже самые точные удары могут лишь отсрочить ядерное вооружение Ирана. Лучшим, самым прочным решением проблемы остаётся дипломатическое соглашение. Но сегодня аргументы против военных действий не столь очевидны. Ядерная программа Ирана уже не зарождается — на самом деле у страны есть почти всё необходимое для создания оружия (массового уничтожения). Тегеран тем временем более уязвим и больше нуждается в новом сдерживающем факторе, чем несколько лет назад: его сеть партнёров разорвана, а Израиль несколько раз поражал цели в пределах границ Ирана в 2024 году", — пишет эксперт.

В качестве одного из аргументов в пользу устранения ядерных амбиций Тегерана силовым путём он указывает крепнущие связи между Ираном и Россией, которые в последние годы охватили сферу обороны.

К настоящему времени "стимулы Ирана стать ядерной державой едва ли когда-либо были сильнее, а его ожидаемые издержки, вероятно, уменьшились", рассуждает автор публикации. Однако, по мнению Нефью, американские удары по ИРИ содержат в себе большие риски и с их учётом "Соединённые Штаты должны предпринять последнюю, добросовестную попытку договориться о прекращении ядерной программы Тегерана в самом начале работы администрации Трампа".

"Но если они (новая команда в Белом доме. — Ред.) не готовы жить в мире, в котором будет иранское ядерное оружие, у них может не остаться иного выбора, кроме как напасть на Иран — и как можно скорее. Благоразумие требует, чтобы Вашингтон и спланировал военные действия сейчас, и обеспечил понимание Ираном реальности этой угрозы, даже если он снова попытается пойти дипломатическим путём", — поясняет бывший американский дипломат.

Военно-политические риски в связи с радикальным сценарием развития конфликта между США/Израилем и Ираном на самом деле весьма высоки для первого тандема. Среди них западные эксперты чаще всего называют отсутствие у главных геополитических противников Тегерана гарантий того, что удары по его ядерным объектам, какими бы массированными и высокоточными они бы ни были, приведут к окончательному лишению иранцев возможности создать несколько ядерных боеголовок для оснащения ими имеющихся в распоряжении ИРИ баллистических ракет средней и большой дальности. В конечном итоге отдельную страну ядерной державой делает далеко не только наличие ядерного боезаряда, а ещё и средства его эффективной доставки к потенциальной цели.

Ракетным вооружением ИРИ оперирует Корпус стражей Исламской революции (КСИР), внесённый в апреле 2019 года первой администрацией Трампа в американский список "иностранных террористических организаций". Досиживающий последние дни в Белом доме Джо Байден не вычеркнул иранский КСИР из этого списка, как и не смог добиться результата в попытках вернуть Тегеран к соблюдению условий Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), подписанного шестью мировыми державами и Ираном в июле 2015 года. Из ядерной сделки США также вывел Трамп. Это произошло в мае 2018 года.

"Переговоры о возвращении Соединённых Штатов и Ирана к полному взаимному соблюдению СВПД в 2021 и 2022 годах прекратились, потому что иранцы не поверили, что американцы будут выполнять соглашение после передачи власти (в Белом доме) и потому что США отказались рассматривать другие дипломатические подходы", — констатирует Нефью.

Президент-республиканец оставил президенту-демократу "иранское досье" в крайне удручающем состоянии. Четыре года политики первой администрации Трампа по "максимальному давлению" на Иран не завершились ударами по ядерным объектам ИРИ, хотя их нанесение вплоть до 20 января 2021 года представлялось многим наблюдателям на Западе и Ближнем Востоке весьма вероятным. Теперь у иранцев ещё меньше шансов дождаться окончания второго и последнего президентского срока, как многие объективно считают в Тегеране, "худшего" для Ирана американского лидера без скатывания ситуации к вооружённому конфликту с военной сверхдержавой.

Байден на иранском направлении придерживался лишь "стратегии устрашения", явно демонстрируя отсутствие желания быть непосредственно вовлечённым в большую войну на Ближнем Востоке. Данная стратегия свои наиболее зримые очертания получила в серии совместных учений ВВС США и Израиля, в рамках которых отрабатывались те самые высокоточные удары по ядерным объектам ИРИ. Самые важные из таких объектов, как известно, находятся глубоко под землёй. Поэтому разговоры о том, что США могут предоставить израильтянам передовые средства поражения подземных целей присутствовали практически все предыдущие четыре года пребывания демократов в Белом доме. И эти обсуждения на страницах ведущих американских СМИ резко активизировались после избрания Трампа в ноябре прошлого года.

Предпочтительным для США был и остаётся сценарий, когда "грязную работу" в отношении Ирана сделает исключительно Израиль. Для этого у него уже в целом есть и соответствующие ударные платформы, и средства поражения. Их только можно будет дополнить наиболее передовыми на сегодня противобункерными бомбами американского производства, что, по сути, станет последним сигналом для Тегерана перед часом икс.

Роль США в возможной израильской силовой миссии против Ирана видится в качестве вспомогательной, когда американские военные активы в Ближневосточном регионе будут задействованы для защиты еврейского государства от ответных ударов ИРИ. Подобное распределение функций уже было отработано в апреле и октябре 2024 года, когда Иран и Израиль обменялись прямыми ударами по территориям друг друга. Тогда израильтян от иранских ракетных ударов прикрывали, следует напомнить, не только размещённые в регионе американские военные, но и их союзники по НАТО. По всей видимости, такой сценарий останется предпочтительным и для второй администрации Трампа, хотя и настрой следующего хозяина Белого дома ударить по Ирану непосредственно и сильно не вызывает особых сомнений.

В Тегеране тщательно отслеживают любые сигналы из Вашингтона относительно попыток силового воздействия на Иран. И реакция иранцев на вышеупомянутые рассуждения американского аналитика и аналогичные им экспертные оценки не заставила себя ждать. Министр иностранных дел Аббас Арагчи в интервью, опубликованном 1 января иранским новостным агентством Tasnim (это СМИ считается близким к КСИР), подчеркнул, что Иран готов обсуждать запуск новых переговоров по его ядерной программе, если к нему "отнесутся с уважением".

Вместе с тем глава иранской дипломатии предупредил, что если США будут использовать прошлую тактику давления на Иран, как они делали это во время первого президентского срока Трампа, то столкнутся с таким же стойким сопротивлением Тегерана.

"Если США продолжат оказывать максимальное давление, мы отреагируем соответствующим образом", — подчеркнул Арагчи. "Если другая сторона откажется от этого пути (переговоров), для нас будет естественным продолжить свой путь, как мы делали в последние годы и будем делать сейчас", — добавил он.

Примечательно, что подобный "обмен сигналами" произошёл на фоне пятой годовщины самого чувствительного для иранцев удара, который нанёс им Трамп в период своей первой президентской каденции. Пять лет назад, 3 января 2020 года, ударом американского беспилотника в международном аэропорту Багдада был убит командующий силами спецназначения "Кодс" в составе КСИР генерал Касем Сулеймани. К сегодняшнему дню отношения между США и Ираном только ухудшились, "вторая версия" Трампа для иранцев видится ещё более опасной и непредсказуемой в плане сроков запуска силовых сценариев ведения дел с Тегераном.