новостной сайт о событиях в курдском регионе

Э.О. Касаев, Институт Ближнего Востока
Сразу отметим, что Иракский Курдистан обладает большими запасами углеводородного сырья. В настоящий момент нефтяные резервы севера Ирака оцениваются в 45 млрд баррелей, однако намеченное на ближайшие годы бурение 11 новых скважин может, по мнению специалистов, увеличить их объем до 115 млрд баррелей. Кроме того, в недрах района расположены примерно 2,83 трлн куб. м. газа, что составляет порядка 89% всех иракских запасов.

Кроме того, по данным специалистов в недрах месторождения Киркук залегают около 40% всего «черного золота» страны.

Именно споры различных этнических и конфессиональных групп Ирака по поводу нефтяных запасов месторождения Куркук явились одним из факторов, который до сих пор не позволил принять федеральный рамочный закон об углеводородах, проект которого уже более трех лет активно обсуждается в парламенте страны.

Притязания на это богатейшее месторождение имеют помимо курдов, еще и сунниты, на территории которых в настоящее время отсутствуют действующие нефтяные месторождения.

Согласно ст.113 Конституции Ирака, Курдистан получил статус федерального района и очень широкие полномочия даже для субъекта федеративного государства:

- право на собственное законодательство (при условии не противоречия федеральной Конституции);

- собственную систему законодательной, исполнительной и судебной власти;

- собственные силы безопасности, собственные представительства при иракских посольствах за рубежом.

К исключительной сфере полномочий федерации относятся только такие основные вопросы, как внешние сношения, оборона, финансовая и фискальная политика, торговля между регионами Ирака и управление водными ресурсами, поступающими из-за пределов страны.

Все остальное относится к сфере совместной компетенции или к исключительной компетенции регионов. При этом даже в вопросах, относящихся к совместной компетенции, законы регионов имеют приоритет перед федеральными.

Положения Конституции Ирака, касающиеся эксплуатации богатейших нефтяных ресурсов страны, намеренно сделаны предельно расплывчатыми. Нефть и газ признаются собственностью всего иракского народа (ст.108 Конституции), а управление добычей нефти из существующих на данный момент месторождений будет осуществляться федеральным правительством совместно c добывающими регионами и провинциями.

Что касается доходов от экспорта энергоресурсов, то они будут справедливо делиться между частями страны в соответствии с демографическим распределением населения (ст.109 Конституции).

Следует особо подчеркнуть, что, согласно Конституции Ирака, федеральное правительство и правительства производящих районов и провинций вместе разрабатывают необходимую стратегическую политику по развитию нефтяного и газового секторов с целью получения максимальной выгоды для иракского народа, используя самую современную технологию и поощрение инвестиций.

Иракский Курдистан, носящий конституционно закрепленный статус федерального района, принял в 2006 г. региональный закон «Об иностранных инвестициях», ст. 19 которого гласит, что «иностранный инвестор не имеет прав собственности на земельные участки, в недрах которых находятся залежи газа, нефти и других минеральных ресурсов».

Важно заметить, что в действующем законодательстве Ирака отсутствует четкое определение порядка разработки вновь открытых месторождений. Он, по всей видимости, должен быть определен иракским рамочным законом об углеводородах.

Однако уже сейчас в Курдистанском регионе создано Министерство природных ресурсов, заключающее контракты c многочисленными зарубежными «игроками» o разведке и добыче нефти на основе местного законодательства.

7 августа 2007 г. правительство курдской автономии утвердило региональный закон об углеводородах, не дожидаясь принятия аналогичного федерального закона. Принятый нормативно-правовой акт открывает путь для иностранных инвестиций в углеводородную отрасль трех провинций - Эрбиль, Сулеймания и Дохук, а также на «спорных территориях» в районе Киркука.

Отметим, к примеру, подписание договора с компанией «Dana Gas» из ОАЭ на разработку месторождений и получение австрийской нефтегазовой группой «OMV AG» в ноябре 2007 г. контракта на разведку и разработку нефти в участках Мала Омар и Шориш.

По мнению курдов, их региональные законы не противоречат Конституции Ирака, которая гарантирует значительные полномочия провинциям в управлении их собственными делами.

Эрбиль придерживается мнения, что разработка им регионального закона о добыче нефти базируется на положении Конституции Ирака, гласящем, что нефть и природные ресурсы принадлежат иракскому народу.

Однако широкие полномочия курдского региона воспринимаются крайне негативно представителями других этнических групп Ирака. Многие видят в них подготовку к созданию независимого курдского государства.

Иракские шииты сначала выступали против излишнего усиления курдов, однако теперь они, видимо, все в большей степени пытаются осуществить идею создания собственного самоуправляемого региона на юге Ирака.

Такой сценарий вызывает недовольство со стороны иракских суннитов, живущих в центральной и восточной частях страны. B особенности это связано c тем, что суннитская часть населения Ирака, как уже было сказано, практически лишена нефтяных ресурсов.

Стоит особо подчеркнуть, что курдские власти дружественно и благосклонно настроены в отношении возможного присутствия российского крупного бизнеса на их территории. Показательным в этом отношении является майский визит российской делегации во главе с президентом ТПП России Е.М. Примаковым в Эрбиль.

В ходе визита сторонами были затронуты серьезные вопросы двустороннего экономического сотрудничества и возможного российского инвестирования в стремительно набирающую обороты курдскую экономику.

Планы возможного сотрудничества между курдским и российским бизнесом обширны. Они включают строительство железных дорог, которые соединили бы курдский регион с остальным Ираком, геолого-разведочные работы, строительство цементного завода, металлургического комбината.

Что касается представляющих наибольший интерес для российской стороны предложений по поводу возможного инвестирования в ТЭК региона, то представители курдской власти опасаются негативной реакции центральных властей Ирака.

Это связано с тем, что ввиду децентрализации Багдад пытается контролировать только нефть: разработку же других ресурсов целиком отдает на усмотрение местных властей. Однако если вспомнить ранее заключенные региональными властями двусторонние договоры, предусматривающие иностранное инвестирование в энергетический сектор курдской экономики, то опасения региональных чиновников в действительности не настолько уж серьезные.

Кроме того, поездка академика Е.М. Примакова, в ходе которой он провел встречи и дружественные, доверительные беседы со всеми руководителями северного района Ирака, оставляет вполне обоснованную надежду на то, что по ее итогам будут приняты принципиальные решения о дальнейшем развитии российско-иракско-курдских связей. Эти принципиальные решения тем более важны, что Россия получила мощный инструмент для проведения своей политики в Ираке и непосредственно в Иракском Курдистане – консульство в Эрбиле.

Таким образом, можно прийти к выводу, что инвестиционный климат Иракского Курдистана, в отличие от других районов и провинций Ирака, вполне благоприятный для вложения отечественных инвестиционных средств. Степень различных политических, экономических и правовых рисков, с которыми могут столкнуться потенциальные российские инвесторы, гораздо ниже, чем в других районах и провинциях государства.

В мае 2010 г. центральное правительство Ирака подписало соглашение с властями курдской автономии, позволяющее экспорт нефти на внешний рынок.

Годом ранее Багдад уже пошел на уступки курдской стороне. По причине экономических трудностей, вызванных снижением цен на нефть и, как следствие, падения доходов, курдам было разрешено экспортировать 60 тыс. баррелей нефти ежесуточно.

Однако ситуация кардинальным образом не поменялась, так как курдская сторона самовольно осуществляла поставку энергоносителей, не дожидаясь юридического разрешения от федеральной власти.

Совершенно очевидно, что в сложившейся обстановке, когда де-юре Эрбиль вправе экспортировать «черное золото» и это не вызовет недовольства Багдада, для российского бизнеса представляется возможным начать вести полномасштабную деятельность на севере Ирака.

Для активизации развития двусторонних экономических отношений предложим собственные соображения относительно механизмов сотрудничества как в энергетической, так и в других сферах экономики.

Прежде всего, российской стороне следует начать вести переговоры не только с федеральной и региональной властью Ирака, но и с представителями крупного бизнеса курдской автономии. Это отнюдь не случайно. Сейчас очень важно для России налаживать сотрудничество в регионе как на политическом, так и на предпринимательском уровне.

Во-первых, весьма конструктивный разговор с представителями курдской бизнес-элиты мог бы получиться по поводу будущего использования различных природных ресурсов, которыми богат регион. Так, в горном массиве Иракского Курдистана расположены большие залежи железной руды, вольфрама, ванадия, урана и золота.

Во-вторых, район обладает существенными резервами мощностей гидроэнергетики, что вовсе не исключает возможности строительства тепловых электростанций, работающих, например, на газе и на других энергоносителях.

В-третьих, речь может идти о строительстве железных дорог. Дело в том, что сейчас северная часть Ирака не связана с остальной территорией страны железными дорогами. Вследствие этого вопрос строительства носит не только экономический, но и политический характер: железнодорожная сеть, помимо прочего, помогла бы процессу реинтеграции страны.

На наш взгляд, российским компаниям уже в ближайшее время следует наиболее продуктивным образом осуществить демонстрацию своих технологических разработок, оборудования и услуг, а также завязать необходимые контакты с кудскими правительственными организациями и наладить связи с потенциальными партнерами по бизнесу.

Однако для полноценного и конструктивного двустороннего сотрудничества крайне необходима консолидация бизнес-кругов самого Иракского Курдистана с тем, чтобы они стали партнерами в реализации совместных будущих проектов с российской стороной. Сделать это будет нелегко. Почему?

Инфраструктура региона находится в ранней стадии развития.

Например, практически отсутствует банковская сеть. Иракский бизнес, работающий в регионе, создавая компании, находится в очень трудном положении - негде просто открыть счет.

Однако, когда банки увидят, что есть, кого обслуживать, есть товарные потоки и проекты, которые надо финансировать, тогда, как представляется, ситуация изменится.

Не исключено, что изменения коснутся и топливно-энергетического сектора курдской экономики. Так, в долгосрочной перспективе возможен вариант, при котором федеральное правительство Ирака все-таки выставит на тендер для иностранных компаний гигантское месторождение Киркук, доходы от которого частично достанутся и курдской стороне.