новостной сайт о событиях в курдском регионе

Вадим Макаренко, Kurdistan.Ru
В провинции Ниневия, имеющей смешанное, главным образом, курдско-арабское население, идет противостояние арабов и курдов. В провинциальном собрании, где 31 депутат, курды получили 13 мест, а арабы – 18, на этом основании арабские представители занимают сейчас все посты в провинциальном правительстве, в том числе и пост губернатора провинции. Курды с этим не согласны, они объявили этой сейчас исключительно арабской администрации бойкот и требуют пропорционального участия в управлении провинцией.

Если рассмотреть конфликт между партийными списками «Хатба» (фактически арабский) и «Браяти» (фактически курдский) в контексте, скажем, американского общества, то требования курдского списка «Браяти» не законны, поскольку в США победитель получает все, а побежденный должен на следующих выборах доказать, что он достоин быть победителем и тогда он, в свою очередь, получит все. Представители республиканской партии в США сейчас  практически не работают на федеральных должностях, поскольку на прошлых выборах с крайне небольшим перевесом победили демократы во главе с Бараком Обамой, а в предыдущие выборы была обратная ситуация, хоть спорно, но в 2004 году победил Джордж Буш, и демократы ждали своей победы еще четыре года. Но там, где общество разделено по этно-конфессиональным линиям, это принцип не работает. Голосование идет фактически по этническим спискам и его результат может измениться, только если изменится этнический состав населения. Очевидно, что в конфликтном регионе он будет меняться, скорее всего, в пользу большинства, поскольку курды и другие этнические меньшинства испытывают сильное давление, что ведет к тому, что представители меньшинств, пусть медленно, покидают провинцию. Поэтому здесь невозможно применение принципа: победитель получает все, поскольку это путь к расколу провинции на этнополитические составляющие.
Эта ситуация в Ираке относится не только к Ниневии, просто там полярность и этническое противостояние выражены ярче и жестче, чем в каком-либо другом месте. Кроме того, после 2003 года там уже произошли существенные подвижки в размещении населения, и районы провинции  фактически разделились на арабские и курдские, и курды, и арабы друг к другу не ездят. Курдские районы сейчас не выполняют указания провинциальных властей, поскольку считают, что эти структуры сформированы с нарушением их законных интересов.
В Ираке есть проблема с этно-конфессиональным представительством в органах власти, поскольку этот вид представительства сейчас не признан на законодательном уровне, что можно рассматривать и как отступление от конституции 2005 года, где, хоть и в неразвитом виде, этот тип представительства на федеральном уровне все же был в виде Президентского совета.  В той или иной форме этно-конфессиональная составляющая должна быть признана в Ираке, иначе благие намерения отказаться от якобы архаичных этно-конфессиональных линий могут поставить под вопрос судьбу Ирака в его нынешнем виде. Об этом прямо говорят курдские лидеры.
В случае же с Ниневией решение проблемы состоит  в возвращении районов, населенных курдами, которые были административно отрезаны от преимущественно курдских провинций в саддамовские времена, в прежние провинции, что вполне возможно сделать в рамках единой страны. Однако ясно, что это непростой и нескорый вопрос, на его решение может уйти еще не один год.
Сейчас в Ираке не удается провести перепись населения, в которой был бы отражен этнический состав населения. Кстати, это проблема не только Ирака, поскольку это всегда непросто сделать в полиэтнических и поликонфессиональных странах. Например, в Ливане перепись населения не проводилась уже несколько десятилетий.
До того, как будут найдены принципиальные решения этно-кофессиональных проблем внутри Ирака, необходим временный механизм распределения власти и создание системы сдержек и противовесов  на провинциальном уровне, который бы препятствовал принятию и проведению в жизнь дискриминационных с этно-конфессиональной точки зрения мер, хотя бы в виде права вето, ротации представителей арабской и курдской общин на высших постах провинции, развития судебной системы с учетом этно-конфессионального состава провинций.