Одна из самых любопытных черт внешней политики администрации Обамы это тот контраст, который существует между мягкой и неконфронтационной публичной дипломатией, используемой США в отношениях с диктаторами и врагами, и той грубостью и бесцеремонностью, которую она часто проявляет по отношению к своим союзникам и зависимым странам.
Последний пример такого контраста можно было заметить на прошлой неделе в Ираке, где Соединенные Штаты ведут сложную конкурентную борьбу с Ираном. Сейчас главный вопрос заключается в следующем: попросит ли иракское правительство шиитского большинства Вашингтон оставить в стране 10000 или около того солдат из находящегося там 47-тысячного контингента, или к концу года придется полностью вывести американские войска из Ирака.
Есть и более важный вопрос: не придется ли Ираку в связи с полным выводом американских войск стать сателлитом Ирана? Такое развитие событий сведет на нет колоссальные и болезненные инвестиции Америки, вложенные кровью и деньгами, а также нанесет сокрушительный удар по общим позициям США на Ближнем Востоке.
Администрация ясно дала понять, что хотела бы договориться о сохранении в Ираке небольшой группировки войск. Чтобы уговорить расколотое и раздраженное иракское руководство сделать правильный выбор, потребуется тонкий подход, терпение и взаимодействие на самом высоком уровне – как поступала администрация Буша, договариваясь с Ираком по стратегическим вопросам перед передачей своих полномочий в 2008 году, или как делал вице-президент Байден в прошлом году, когда помогал заключить соглашение о новом иракском правительстве.
Поэтому огромную тревогу вызвало предложение министра обороны Леона Панетты (Leon Panetta), которое он озвучил в Багдаде перед иракскими лидерами: "Черт побери, принимайте решение!"
Тональность его заявления, а также другие высказывания администрации по поводу возможного соглашения говорят о том, что Обама и его высокопоставленные помощники верят: выступая с просьбой оставить в Ираке войска, они оказывают услугу правительству премьер-министра Нури аль-Малики – и не надо думать, будто сохранение в этой стране группировки жизненно важно для американских интересов.
Другие смотрят на это иначе. Малики, как и американские военачальники на Ближнем Востоке, очень хорошо понимает, что без военного присутствия США Ирак не сумеет защитить себя от персидского соседа. Пользующиеся поддержкой Ирана боевики уже усиливают нападения на американские и иракские войска, применяя современные ракеты и фугасы на дорогах. Без помощи США иракским войскам будет нелегко противостоять таким нападениям. Более того, вооруженные силы Ирака не идут ни в какое сравнение с иранскими.
Следовательно, утверждает Фредерик Каган (Frederick W. Kagan) из Американского института предпринимательства (American Enterprise Institute), Малики и его правительству предстоит сделать решающий выбор. "Если Малики позволит Соединенным Штатам уйти из Ирака, - написал он недавно в докладе, - он по сути дела заявит о своем намерении выполнить пожелания Тегерана, подчинить внешнюю политику Ирака персам, а возможно также, консолидировать собственную власть, выступив в роли современного персидского сатрапа в Багдаде".
Либо же Ирак может использовать свои растущие доходы от продажи нефти, чтобы в срочном порядке создать сухопутные войска и военно-воздушные силы, способные противостоять Тегерану. Но и первый, и второй путь будет расценен в качестве стратегической угрозы Саудовской Аравией и прочими странами Персидского залива.
Большинство экспертов по Ираку считают, что Малики хочет попросить оставить американские войска. Но здесь существует масса серьезнейших проблем – в дополнение к хронической привычке Ирака откладывать принятие трудных решений до последнего момента. Наверное, серьезнее всего остального политическая зависимость Малики от шиитской партии иранского клиента Муктады ас-Садра (Moqtada al-Sadr). Садр грозит вооруженным сопротивлением, если американские войска останутся; и уже начатое наступление финансируемых Ираном боевиков показывает, что Тегеран готов драться.
Тем не менее, чиновники из администрации заявляют, что такие как Каган аналитики преувеличивают опасность иранской гегемонии в Ираке – а следовательно, и важность сохранения там американского военного присутствия. "Иран с трудом справляется с собственными экономическими проблемами, - рассказал мне высокопоставленный помощник Байдена Энтони Блинкен (Antony Blinken). – Междоусобица в рядах иранского руководства лишает его возможности принимать решения по вопросам внутренней и внешней политики". А восстание против сирийского режима еще больше ослабило уверенность Тегерана в себе.
Малики, говорит Блинкен, показал себя националистом, который будет сопротивляться диктату Тегерана, а иракцы не потерпят персидскую марионетку. Даже если все американские войска уйдут, в Ираке останется мощный дипломатический контингент США, который совместно с командой по поставкам оружия и посольской группой по военным связям обеспечит сохранение американского влияния.
Единственный человек в администрации Обамы, который публично призывал сохранить американское военное присутствие, это бывший министр обороны Роберт Гейтс. Выступая в мае с речью, он сказал, что это подаст "мощный сигнал странам региона о том, что мы не уходим, что мы будем и дальше играть там свою роль". Далее Гейтс отметил: "Я думаю, это успокоит страны Персидского залива. Я думаю, это не успокоит Иран, что само по себе хорошо".
Гейтс публично призвал Ирак оставить у себя американские войска. Но он ушел, и сейчас звучит новый сигнал - "Черт побери, принимайте решение!" Готов или нет Иран взять в свои руки контроль над Ираком, это не те слова, которые помогают сохранить союзника.
Переводчик