новостной сайт о событиях в курдском регионе

По миру прокатилась волна антиамериканских выступлений, широко представленная в СМИ. Часто комментаторы высказывают мысль, что США недооценили события "арабской весны". Но США и сам Барак Обама вряд ли склонны обороняться, а тем более, оправдываться. Не должно складываться ошибочное представление, что США отступят и оставят без последствий убийство своего посла в Ливии. Соединенные Штаты должны ответить, и они ответят. У них нет другого выбора. Мир признает лишь силу, поэтому любое проявление "гибкости" в принципиальных вопросах расценивается однозначно - как проявление слабости с немедленным усилением нажима на направлении,  где противник проявил слабость. США однозначно для арабов и мусульман – противник номер один, и арабский мир получит мощный силовой ответ. Ливия понесет наказание, вопрос, какое и когда именно, а не в том, будет ли оно или нет.

Уверен, что в Вашингтоне, наряду с изучением всех фактов и связей, имеющих отношение к этому инциденту, идет проработка решений, каким образом вернуть внешнеполитический престиж и нанести ответный удар, который бы заставил любые силы впредь воздерживаться от подобных акций. И это поиск принципиальных силовых решений. Посылка к берегам Ливии двух эсминцев – это не судорожный ответный ход, а самое-самое начало ответной операции в Средиземном  море и на Ближнем Востоке. Безусловно, масштаб операции, ее задачи и методы проведения (будет ли это международная полицейская или военная операция) требуют проработки многих вопросов, военно-политического и политического согласования на различных уровнях. Требуется время, но это – не отсрочка, не бездействие, а подготовка. Время пошло.

Конечно, войны начинаются не из-за убийства послов (но это –  стопроцентный повод!), они имеют более глубокие причины, и они реально есть: именно наличие этих причин уже дважды привело к тому, что США ввязывались в большую войну на Ближнем Востоке. Важно и то, что обе попытки, несмотря на успех военной фазы кампании, оказались незавершенными с точки зрения достижения принципиальных военно-политических целей. Война в Заливе была  успешной, но локальной операцией, которая потребовала через несколько лет продолжения, но только возвращение к власти республиканцев и теракт 11 сентября 2001 года, создал ситуацию, позволившую США в 2003 году вновь развязать войну против Ирака и на этот раз свергнуть режим Саддама Хусейна.

США не имели иллюзий в том плане, что на месте Саддама Хусейна сразу утвердится подлинно демократический режим (не должно быть иллюзий и относительно сроков наступления демократии в Ираке, если там есть демократия, то - это "военная демократия", где каждая сторона заставляет другую считаться со своими интересами только в том объеме, в каком она может защитить их), но перемены, которые произошли в Ираке, должны открыть и реально открыли путь в этом направлении. С самого начала было ясно, что потребуются многие десятилетия. То, что это – непросто, мы видим на ежедневной жизни Ирака, сотрясаемого практически ежедневно гибелью десятков человек, а также сильными противоречиями между этно-конфессиональными общинами. Но это – проблемы Ирака.
США, не получив прав на долговременную оккупацию Ирака, ускоренно стали передавать властные полномочия иракцам (но и на это ушло почти 9 лет). Сейчас США осуществляют вывод своих войск с Ближнего Востока. Они вывели войска из Ирака (2011), установили сроки вывода войск из Афганистана (2014). Более того, начали готовиться к перегруппировке сил, державших два десятилетия под прицелом Ближний Восток, в Азиатско-Тихоокеанский регион, возвращаясь к традиционной для себя стратегии.  Но при этом США держат достаточные силы в Персидском заливе. А главное США никуда не уходят с Ближнего Востока политически, экономически, с точки зрения их национальных интересов. Военные методы уступают место политическим, но они по-прежнему служат важнейшим аргументом в споре.

Арабская весна неожиданно даже помогла Соединенным Штатам, убрав некоторые авторитарные режимы, выродившиеся в режимы личной власти в странах, где это нельзя и даже невозможно было сделать извне. Благодаря арабской весне США получили на Ближнем Востоке политические режимы, которые не назовешь иначе,  как "большевистскими", имея ввиду политические принципы организации общества, а не содержание идеологических доктрин. Но это потенциально динамичные системы, в этом их преимущество перед прежними. Стоит подчеркнуть, что первым в этом ряду был новый режим не в Тунисе или Египте, а в Ираке. Это, конечно, не то, что хотелось бы иметь на Ближнем Востоке, но это – реальное развитие ситуации в нужном направлении (как ни странно, к современным политическим формам), и именно так его воспринимают в Вашингтоне. Складывающаяся ситуация в определенной мере даже устраивала США, поскольку в этих странах сохранялась управляемость, а также для США и Запада в целом сохранялась возможность влиять на их дальнейшее развитие дипломатически.

События в Ливии (11 сентября 2012) принципиально не изменили ситуацию. Сейчас новые режимы проходят проверку. И, скорее всего, это – не последний вызов. Режим в Египте, который сильно зависит от американской помощи, похоже, прошел первую проверку, сумев подавить антиамериканские  выступления исламской улицы. Вспышка же насилия в Ливии показала, что эта страна неуправляема, там не завершилась внутренняя трансформация, и от нее можно ждать, чего угодно. В Ливии надо "провести работу над ошибками".

При этом, Ливия - прекрасный объект для военного вторжения: сравнительно небольшое население, сконцентрированное в городах, огромные нефтяные богатства, доступность ее территории для проведения военно-морской операции, идеальные условия для применения военно-воздушных сил, близость американских тыловых и авиационных баз в Европе, - все эти факторы делают эту операцию сравнительно малозатратной (конечно, если сравнивать с войнами в Ираке и Афганистане). Более того, можно рассчитывать на то, что затраты будут покрыты  за счет ливийской нефти и газа. Соблазнительно, но возможен и другой, не военный, а "полицейский" вариант действий, аналогичный тому, что был использован для расследования теракта 11 сентября 2001 года, когда подозреваемых  теми или иными способами арестовали и доставили в Гуантанамо. Если Барак Обама останется президентом, он скорее пойдет по этому пути. Аресты подозреваемых в Ливии уже начались. Эти действия продолжают линию борьбы с Аль-Каидой и в отличие от локальной военной операции непосредственно в Ливии они не ограничены какими-то территориальными рамками.  Правда, Барак Обама обещал покончить с Гуантанамо, но обстоятельства сильнее.

Обратим ваше внимание, что от теракта 11 сентября до начала войны в Ираке (в марте 2003) прошло полтора года.  События 11 сентября 2012 года в Бенгази получат адекватный ответ в срок от шести месяцев до года. То, что произошло в Бенгази, развязывает США руки для проведения любой по масштабу военной операции в Ливии, поскольку им необходимо  только внутреннее решение, а СБ ООН им не указ. Окончательное решение о масштабе операции, готовящейся операции, будет принято после выборов 6 ноября. То, что сейчас политическое межсезонье, связанное с президентскими выборами, не мешает работе, а только усиливает роль структур, отвечающих за безопасность страны, вынося этот вопрос за рамки межпартийной борьбы.