Президент России Владимир Путин, принимая верительные грамоты зарубежных послов в Кремле, выступил с важным заявлением. Он напомнил о недопустимости применения силы в обход Устава ООН. По его словам, "попытки подменить универсальные принципы Устава ООН односторонними действиями или некими блоковыми договоренностями и, тем более, применять силу в обход Устава ООН - до добра, как известно, не доводят", и что "такие действия чреваты дестабилизацией и хаосом". Более того, как считает глава России, "подстрекательство в разных формах к продолжению насилия с целью смены режимов заводит ситуацию только в тупик", поэтому "международному сообществу необходимо наращивать совместные усилия по противодействию террористическим угрозам и экстремизму "где бы то ни было - в Ливии, Ираке, Йемене, Сирии, Египте, Афганистане". Эксперты расценивают это заявление российского президента как ответ на призыв эмира Катара шейха Хамада бен Халифа Аль-Тани ввести войска арабских стран в Сирию, не дожидаясь решения ООН. Да и ранее предпринимались попытки через формат так называемых "Друзей Сирии" принять "коллективное решение" по вмешательству в сирийский кризис в обход СБ ООН. Не получилось. Но получилось то, что Саудовская Аравия, Катар и Турция при поддержке западных союзников стали активно разыгрывать "карту" сирийской оппозиции. В итоге, как отмечал глава МИД России Сергей Лавров на министерском заседании СБ ООН, "немалая доля ответственности за продолжающееся кровопролитие в Сирии лежит на государствах, которые одновременно подстрекают противников президента Башара Асада к отказу от прекращения огня и от диалога, к требованиям безоговорочной капитуляции режима". По его словам, "такой подход не только нереалистичен, но и фактически потакает методам терроризма, к которым все чаще прибегает вооруженная оппозиция", не говоря уже о том, что "военный путь, а тем более вооруженное вмешательство извне несет серьезную угрозу региональной безопасности с непредсказуемыми последствиями".
В этой связи можно выделить два главных аспекта проблемы. Первый: на сирийском плацдарме столкнулись интересы России, Китая с Западом и его союзниками на Ближнем Востоке. Запад получал жесткие предостережения от принятия односторонних действий в отношении Сирии, его призывали "твердо придерживаться норм международного права и принципов, закрепленных в Уставе ООН, и не позволять их нарушения". Западные дипломаты, как и их турецкие коллеги, квалифицировали позицию Москвы и Пекина как "весьма странную и циничную", поскольку они не допускали военного вмешательства Запада в Сирию, в то время, как первые осознавали, что выход за пределы норм международного права разнесет в пух и в прах пока еще сохраняющуюся геополитическую стабильность на Большом Ближнем Востоке.
Второй аспект: Турция, как один из основных участников сирийской мистерии, рассчитывала на то, что Москва в конечном счете в отношении Дамаска займет такую же позицию, как было некогда в отношении Триполи. Поэтому она смело увязала в кризисе, не обращая на первых порах внимание ни на фактор беженцев, ни на вероятность усиления прессинга террора со стороны Курдской рабочей партии. Более того, западные и турецкие СМИ открыто пишут о том, что юго-восточные районы страны стали базой подготовки и тылом для вооруженных сил сирийской оппозиции. Там находятся более 450 бывших офицеров и генералов, дезертировавших из сирийской регулярной армии, и перешедших на сторону оппозиции и до недавнего времени там располагался штаб так называемой "Сирийской свободной армии". Ей, как признался премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган, оказывается "логистическая поддержка". Любопытно, что в этой связи главная оппозиционная Народно-республиканская партия( НРП) заявила, что подает в суд на правительство в связи с нахождением в лагере для сирийских беженцев Апайдын (провинция Хатай) штаба "Сирийской свободной армии". Об этом сообщил представитель руководящего совета НРП Хуршит Гюнеш. По его словам, только парламент Турции может дать разрешение на пребывание в стране иностранных вооруженных лиц, а депутаты ничего подобного не обсуждали. Иск возбужден в отношении премьер-министра, главы МИД, министров обороны, внутренних дел и губернатора приграничной провинции Хатай. Напомним, что, к примеру, правительство Турции всегда через парламент добивается продления мандата на трансграничные операции вдоль границы с Ираком против боевых отрядов Рабочей партии Курдистана. В отношении Сирии, как пишет газета Sabah, такого решения не было. Если судить по сообщениям турецкой печати, то НРП располагает набором фактов и документов, чтобы потребовать импичмента для ряда высокопоставленных чиновников и приданию их судебной ответственности. На наш взгляд, такой ход событий при нынешнем соотношении политических сил в Турции маловероятен. Но он способен привлечь повышенное внимание как внутри страны, так и за ее пределами к политике Турции в отношении Сирии.
Она во многих отношениях остается загадочной. Потому, что налаживая с огромными трудностями отношения с Дамаском, Анкара почему-то быстро под надуманными предлогами изменила к нему свое отношение. Как считают некоторые эксперты, турецкое руководство решило, что наступил момент именно через сирийский кризис обозначить фактор становления страны ведущей региональной силой, чего не удалось достигнуть в время "арабской весны" в Северной Африке. Однако у Анкары не оказалось, прежде всего, политико-дипломатических и интеллектуальных ресурсов для решения поставленной задачи и ее политика на этом направлении быстро захлебнулась. И не только это. Стало более очевидно следующее: практикуемые приемы "двойных стандартов" во внешней политике - начиная от инцидента вокруг "Флотилии свободы" в мае 2010 года до сирийского кризиса - выявили реальные признаки системного политического и геополитического кризисов, в которые втянулась Турция. Поэтому, если на Большом Ближнем Востоке дальнейший ход событий приведет к формированию "нового мирового порядка", то велика вероятность того, что Турция будет объектом, а не субъектом этой политики. Как писала в этой связи турецкая газета Yeni cag, национальные политики страны теперь должны быть озабочены выявлением причин, "почему возрастает международная изоляция Турции", и "почему Запад, стимулировавший Турцию на активные действия в регионе, отказался ее поддерживать".
Тем не менее, Анкара еще сохраняет определенный люфт для политико-дипломатического маневра. Будучи активным разработчиком Женевских принципов по сирийскому урегулированию, она может еще к ним вернуться. Именно об этом и говорил глава МИД России Сергей Лавров на министерском заседании Совета Безопасности, когда обозначил основой урегулирования ситуации в Сирии для резолюции СБ ООН 2042 и 2043 и план Кофи Аннана, а также одобренное 30 июня Женевское коммюнике "Группы действий", где был зафиксирован консенсус между всеми постоянными членами СБ, Лигой арабских государств, ЕС, генсеком ООН и Турцией.
Переводчик