новостной сайт о событиях в курдском регионе

Политические иллюзии обходятся очень дорого и тем, кто их питает, и народу, который оказывается заложником пораженных иллюзиями элит. Сокрушение режима Саддама Хусейна внешней силой освободило Ирак, но поставило арабов-суннитов, потерявших свое монопольное право на власть в стране, в тяжелое положение. Это – сложный процесс, в котором много составляющих. С одной стороны, арабы-сунниты потеряли власть, по существу полученную непосредственно еще от англичан, с другой стороны, их сформировавшаяся в саддамовские времена верхушка, даже утратив власть в стране, не была лишена экономических, идеологических и других рычагов влияния в своей собственной среде, но при этом она не была готова осознать поражение и выбрать конструктивный ответ на вызов, с которым столкнулась, а суннитской контр-элиты фактически не было, потому что суннитские оппозиционеры уничтожались еще последовательнее, чем шиитские и курдские смутьяны. В результате, поражение Саддама было воспринято суннитской общиной не как естественный итог волюнтаристской политики режима и небольшой фракции политиков из числа арабов-суннитов, не как шаг в сторону восстановления равновесия этноконфессиональных общин в стране, а как чистая победа проиранских, шииитских сил в стране, поддержанных внешним врагом. Эта позиция получила мощную внешнюю поддержку, как ряда правительств соседних арабских стран, так и радикальных суннитских кругов, которые доминируют в бесчисленных лагерях арабских беженцев, разбросанных по всему суннитскому миру. Это почти мгновенно интернационализировало ситуацию в Ираке, сделав внутренний суннитско-шиитский конфликт международным, пусть и не формально, но по существу.  Первым, в Ирак пришел отмобилизованный еще со времен борьбы с советскими войсками в Афганистане джихадисткий интернационал, где преобладала Аль-Каида. Американцы столкнулись с этой "наемной" силой в Фаллудже и Рамади, где они потеряли 1300 человек, а сражения за эти города изменили ход событий в Ираке: привели к отказу от федеративной модели государственного устройства, заложенной в конституции Ирака. Чтобы победить Аль-Каиду в суннитских провинциях Ирака американцы инициировали движение "суннитского пробуждения в Ираке". Это был верный и прагматичный шаг, и он принес результаты, но он оказался незавершенным, или даже абортивным: США поспешно покинули Ирак в 2011 году, а "проснувшиеся" сунниты оказались один на один с новым авторитаризмом, который олицетворяет правительство Нури эль-Малики в Ираке, и проиграли в политической схватке.

Безусловно, у арабов-суннитов в Ираке был вариант – повторить опыт своих курдских соседей, которые создали автономный регион на севере Ирака, обособив его от остальной страны. Но и самим курдам эта готовность далась благодаря десятилетиям поиска линии борьбы, сопровождавшейся взлетами и падениями, один из которых после 1991 года чуть было не привел к изгнанию курдского этноса или, по крайней мере, его значительной части из Ирака. Без трудного десятилетия свободы под защитой зон безопасности НАТО с 1992 по 2003 год, к сожалению, отмеченного  братоубийственной войной и ее непростым преодолением, предшествовавшего свержению Саддама, тоже многое было бы неосуществимо в нынешнем Курдистане. Ничего подобного не было в политическом багаже арабов-суннитов Ирака. Им не удалось конституировать суннитский регион как базу для развития внутри федеративного Ирака суннитской составляющей. Поэтому на первый план вышли идеи реванша –  возвращения к власти в Ираке, или возвращения Ирака, которые оказались сильнее, чем перспектива постепенного обособления внутри Ирака. В результате, арабы-сунниты не пошли по пути создания федерального региона, да и центральная власть в Ираке многое сделала, чтобы они не сделали этот выбор. По сути дела, центральная власть в Багдаде, которая воспринимается в Анбаре и других суннитских провинциях как проиранская, не только заблокировала федерализацию страны, но разгромила начавшую складываться новую, уже постсаддамовскую элиту арабов-суннитов, криминализировав ее.

Огромное число эмигрантов из числа иракских арабов-суннитов в мгновение ока оказавшаяся в Иордании,  Сирии, других странах арабского востока. Они  обладали  существенными финансовыми средствами, но главное – питали ненависть к тому, что возникло в новом Ираке, это – важная составляющая того, что происходит сейчас на Ближнем Востоке, и прежде всего, того, что возникла и активно действует сила, пытающаяся создать новую государственно-политическую реальность на Ближнем Востоке – Исламское государство Ирака и Сирии (ISIS). Прежде чем говорить, что сирийский кризис распространяется на Ирак, следует понять, в какой мере сам сирийский кризис обусловлен иракскими событиями, падением режима Саддама Хусейна и бегством значительной части его верхушки (до нескольких миллионов человек) в Сирию. В чем состояла их почти десятилетняя активность в этой стране?

Естественно, что невозможно игнорировать то, что шиитский фактор в Ираке, долгие десятилетия удерживавшийся репрессивными мерами в подавленном состоянии, вышел наружу и его просто так его в подчиненное состояние уже не свернуть. В этих условиях нужна иная сила, которую видят в перекомпоновке пространства Ближнего Востока – формировании единого арабского (суннитского) государства Сирии и Ирака, т.е. Большой Сирии, что и предусматривалось до того, как Британия и Франция разделили эти территории между собой по границам, предусмотренным соглашением Сайс-Пико, которые сейчас и требуют отменить в пользу Большой Сирии.  Иными словами, только арабо-суннитские провинции Ирака не считаются достаточной базой для арабо-суннитского государства, они не собираются десятилетиями перетягивать канат на свою сторону, как делают курды, они делают ставку на силу, которая пошла в ход практически сразу, как американцы ушли из страны.

Ситуация для арабов-суннитов опасна в том смысле, что провинция Анбар, как и другие суннитские провинции Ирака, может стать на длительный период полем боя, которое будет практически очищено от гражданского населения. В каком-то смысле это выгодно нынешнему правящему режиму в Багдаде, потому что резко снижает возможности суннитской общины в стране, поскольку окончательное уничтожение Фаллуджи и Рамади и других сколько-либо заметных городов в этой части страны дезорганизует и обескровит суннитское население региона. С другой стороны, если война с правительственными войсками будет воспринята населением этого региона как справедливая, национальная, то Ирак рискует потерять свои суннитские провинции, с одной стороны, а, с другой, втянуться в что-то, что будет по масштабам напоминать ирако-иранскую войну (1980-1988), первой фазой которой и можно рассматривать нынешнюю борьбу за свержение ставшего окончательно проиранским режима Башара Асада.

Теги: Вадим Макаренко, Ирак, Анбар, Саддам Хусейн, сунниты, шииты, Иран, Сирия, Башар Асад, Аль-Каида, Афганистан, Нури аль-Малики, НАТО, Эль-Фаллуджа, Рамади