новостной сайт о событиях в курдском регионе

Успешные действия правительственных сил и курдских ополченцев Сирии и Ирака против ИГИЛ и других радикальных исламистских группировок к концу 2017 года можно только приветствовать, однако говорить о скорой победе над джихадистами и их окончательной ликвидации как террористических структур было бы преждевременно. Ситуации в Сирии и Ираке остаются сложными и следует признать, что правящие режимы в Дамаске и Багдаде пока не в состоянии консолидировать свои общества, провоцируют новые вооруженные конфликты и по-прежнему опираются на иностранные военные силы.

Как известно, правительственные войска Сирии и Ирака были существенно ослаблены в ходе междуусобных гражданских войн и решающим фактором их наступательных действий против боевиков ИГИЛ и "Джабга ан-Нусра" явилась военная и другая помощь международных коалиций, отдельных государств, курдских ополченцев и иностранных негосударственных акторов. 

Основная финансовая и материальная помощь правительству Башара Асада в Сирии продолжает поступать из Тегерана. Багдад пользуется военной поддержкой ВС западной коалиции во главе с США и КСИР Ирана. В настоящее время в боевых действиях на стороне правительственных войск Сирии принимают участие военнослужащие КСИР Ирана, боевики ливанской шиитской группировки "Хизбалла", иракские шиитские ополченцы "Хашд аш-Шааби", а также добровольцы и наемники из Афганистана, Пакистана и Йемена. 

На северо-востоке Сирии с боевиками ИГИЛ сражается также сформированный под эгидой США "Демократический альянс" (ополченцы из числа курдов, арабов-суннитов и сирийских христиан). ВВС западной коалиции и спецназ США оказывают им огневую и логистическую поддержку. 

Вошедший в северные районы Сирии под предлогом борьбы с террористами турецкий военный контингент сосредоточился на карательных операциях против сирийских курдов, а с боевиками "Джабга ан-Нусра" и ИГИЛ турецкие власти предпочитают вести переговоры об их передислокации и разделе с ними зон влияния. 

С 30 сентября 2015 года в Сирии начали действовать и ВС России (ВКС, ВМФ, части спецназа, военной полиции, инженерно-саперные, военные советники и специалисты). В последнее время сообщается и о наемниках из числа российских частных военных компаний. Как было изначально заявлено, российская военная помощь Дамаску по государственной линии направлена лишь на борьбу с известными международными террористическими группировками. 

Достигнутое 27 февраля 2016 года по инициативе России Соглашение о прекращении военных действий между правительственными войсками и вооруженной оппозицией, а также последующий в мае 2017 года Меморандум о создании в Сирии зон деэскалации позволили в основном прекратить гражданскую войну в этой стране, предотвратить надвигающуюся гуманитарную катастрофу и сосредоточиться на борьбе с ИГИЛ. Боевики "Джабга ан-Нусра" и других, более мелких, группировок радикальных исламистов передислоцировались в провинцию Идлиб и пока активных боевых действий не ведут. Якобы турецкие власти намерены договориться с лидерами исламистов о прекращении ими вооруженного сопротивления и подключении их к будущему мирному переговорному процессу. 

Как и ожидалось, освобождение от джихадистов стратегически важного города Мосул на севере Ирака и постепенное выдавливание боевиков ИГИЛ из этой страны пока не принесло мира и спокойствия на иракскую землю. Коренные противоречия между основными этно-конфессиональными группами иракского общества сохраняются. Арабо-суннитское и курдское меньшинства по-прежнему не могут занять достойного места в постсаддамовском Ираке и все меньше доверяют центральному правительству. Они считают, что Багдад проводит сектантскую политику в интересах арабо-шиитской верхушки и иранских аятолл, не позволяет создать в стране подлинных органов власти. После изгнания боевиков ИГИЛ из суннитских и курдских районов Ирака шиитские неправительственные бригады "Хашд аш-Шааби" при поддержке КСИР Ирана проводят там карательные операции и зачистки населенных пунктов, отмечаются похищения людей, внесудебные расправы и т.п. преступления. ООН не раз высказывала свою озабоченность по этому поводу. 

25 сентября 2017 года в Иракском Курдистане и на прилегающих к нему территориях с курдским населением состоялся референдум о независимости курдского региона. При довольно высокой явке избирателей свыше 90 % проголосовало за независимость Иракского Курдистана. Центральные власти и некоторые соседние государства (Иран, Турция) не признали итогов этого референдума и попытались оказать дипломатическое, военно-политическое, экономическое и другое давление на Эрбиль. Внутриполитическая обстановка в Ираке и вокруг него вновь резко обострилась. При поддержке ВС Ирана неправительственные формирования "Хашд аш-Шааби" вторглись на освобожденные ранее курдскими ополченцами от ИГИЛ территории на севере Ирака (гг.Киркук, Синджар и др.) и пытаются установить там свой порядок (обезглавливают бойцов "пешмерга", вывешивают портреты аятоллы Хаменеи и т.д.).

Можно полагать, что военное поражение ИГИЛ в Сирии и Ираке не приведет к скорой нормализации ситуаций в этих странах, поскольку все внутренние противоречия и разногласия там сохраняются, как и разные подходы внешних игроков к урегулированию этих этно-конфессиональных конфликтов. Скорее всего, Сирия надолго останется разделенной на несколько анклавов с присутствием в них иностранных воинских контингентов. В этих условиях проблематичным будет возвращение из-за рубежа 8 миллионов беженцев, восстановление разрушенных войной инфраструктуры и населенных пунктов, экономики и сельского хозяйства. 

В Ираке многое будет зависеть от способности центрального правительства дистанцироваться от Тегерана и создать подлинно коалиционные высшие органы законодательной и исполнительной власти. Без равного участия в политической и экономической жизни государства арабов-суннитов и курдов Ирак вряд ли удастся сохранить как единое государство. Курс иранского руководства на все большее вмешательство во внутренние дела Ирака, как и явное сектантство иракской шиитской верхушки в Багдаде, провоцируют закрепление раскола страны на три части: шиитский юг, суннитский центр и курдский север. Марионеточный проиранский режим в Багдаде не устраивает не только самих иракцев, но и большинство заинтересованных внешних сил (Вашингтон, Брюссель, Тель-Авив, Анкара, Эр-Рияд, Амман, Лига арабских государств). 

 

Ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Иванов Станислав Михайлович 

Теги: Станислав Иванов, Ирак, Сирия, Исламское Государство, Джабга ан-Нусра, Иран, КСИР, Хашд аш-Шааби, Сирийские Демократические Силы, Россия, шииты, Иракский Курдистан, Курдистан, Независимость Курдистана, референдум